Беларусь vs Украина: хроника пикирующих отношений. Взгляд из Киева (часть 3)

Недружественное поведение беларуских силовиков в отношении украинцев, возьмут на вооружение оппозиционные сегодня П. Порошенко патриотические силы, с требованием ввести экономические санкции против «союзника агрессора». При существующем торговом балансе для Порошенко выбор между «дружбой с Лукашенко» и собственным политическим будущим более чем очевиден.

1231

Вы прочитаете этот материал за 9 минут

«Шпионский скандал» между Минском и Киевом, воспринятый в укрнете как «очередной томагавк в спину Украины», на самом деле — вполне ожидаемое и неизбежное событие, не выходящее из логики беларуско-украинских отношений, сложившихся за последний год.

Беларуская автократия и украинская демократия: кризис взаимодействия

Передача Минском в пользу РФ стратегической инициативы в формировании архитектуры безопасности в регионе, кардинально изменил характер внешнеполитического курса Беларуси.

Если до этого его еще можно было называть прагматичным, что предполагало получение обоюдной выгоды с учетом интересов партнера, то с принятием новой Военной доктрины, характер внешней политики становится скорее уже циничным: Беларусь в погоне за собственной выгодой начала пренебрегать интересами и наносить ущерб своим украинским партнерам.

Подводя годовой итог двусторонних отношений, Беларусь получила контракты на строительство дорог в Украине, смогла продать свой автотранспорт для Киева. Получила выгодные переговорные позиции в углеводородном споре с Москвой. На фоне Минской площадки, подправила свой международный имидж и усилив дипломатические позиции за счет проведения летней сессии ПА ОБСЕ.

В тоже время Украина получила голоса части беларуской делегации в ПА ОБСЕ за свою резолюцию, обезопасила свои границы в период учений «Запад-2017», Минск активные фазы учений проводил на полигонах в западной части страны, оттянув российские войска от украинской границы. Однако, Украина так и не получила своего информационного вещания в Беларуси. Венесуэльская нефть так и не потекла из Одессы в Мозырь.

Порошенко выгребает шпионский скандал. МИД на протяжении года сражается с беларуской правоохранительной системой за каждого попавшего в ее лапы украинца.

Математика явно не в пользу Украины. Особенно в плане репутационных издержек для Киева как на внутреннем, так и на внешнем контуре.

Однако нам интересны не столько оценки и степень вины, сколько причины сложившейся ситуации. В этом контексте, на наш взгляд определяющими факторами для наших двусторонних отношений можно обозначить особенности сложившихся политических режимов, а также разницу приоритетов в работе силовиков и президентов.

Современная украинская «демократия» не предполагает тотального контроля Президента над силовиками, основной приоритет в секторе безопасности — противостояние внешней агрессии на всех площадках.

В Беларуси же в приоритете силовиков — обеспечение стабильности режима Лукашенко и борьба с внутренними угрозами, характер которых определяют изменения и социальная активность в сопредельных странах.

Эти принципиальные противоречия определяют конфликт интересов и неприемлемость украинских нарративов для Беларуси. Для которой наши враги являются архитекторами глобальной безопасности, полноценными союзниками и основой стратегического сдерживания.

Приоритеты Порошенко, вынужденного обеспечивать баланс интересов своей администрации, бизнес-групп и чувствительного гражданского общества, лежат в основном в плоскости нивелирования репутационных угроз и получения политических дивидендов. Приоритеты Лукашенко лежат в плоскости максимальной капитализации своего транзитного потенциала и отношений с Кремлем.

И если Киев готов открывать свои рынки для РБ в обмен на политическую поддержку на международных площадках, то на сегодня у Лукашенко нет той степени свободы, что бы обеспечить Киеву такую поддержку.

Характер сложившихся в течении года двусторонних отношений, определяется спецификой беларуской автократии:

1. Беларуская сторона работает с обозначенными в военной доктрине угрозами в режиме активного силового противодействия, на всех уровнях от президентского до индивидуального. Однако режим активного «противодействия угрозам», полностью нивелирует декларируемые позиции «добрососедства», «нейтралитета» и «дружественности». Беларусь рассматривает любую активность иностранцев, а особенно просьбы по либерализации экономики или демократизации политического режима в обмен на активизацию сотрудничества на международных площадках, как проявление «мягкой силы».

Сложившаяся командно-административная культура государственного управления предполагает лишь силовые форматы противодействия любым проектам «мягкой силы». Наиболее ярко это проявилось в действиях беларуских силовиков в отношении украинских журналистов, блокировании создания совместных медиа-проектов, селекция украинских участников экспертных площадок, предполагающая продвижение в медиа-пространстве РБ маргинализированной в Украине экспертной группы носителей пророссийского нарратива.

2. Военная доктрина РБ не предполагает работу с социальной средой, институционального и инструментального развития технологий социальной инженерии, что стимулирует рост внутренней социальной напряженности в Беларуси независимо от внешних влияний. Другими словами все «противодействие экстремизму и радикализму» в РБ формализуется и замыкается на показателях силовых ведомств (дела, задержания, операции и т.п.), ведь только они отвечают за ситуацию в сфере безопасности. В расчет не попадает устойчивость самой социальной системы (общества) к внешним воздействиям.

В итоге, не осознавая природы радикализации беларуского общества, силовики автоматически плодят фантомные внешние угрозы, борьба с которыми лишь усложняет для РБ ситуацию на внешнеполитическом треке, но не снижает динамику роста протестных настроений в обществе, что ярко проявилось в ходе весенних акций протеста (источник).

Изменить сложившийся тренд в условиях интеграции силовых структур РБ и РФ практически не возможно. Ведь как показывает анализ, в рамках принятой доктрины беларуские силовики вынуждены противостоять на своей территории не столько собственным угрозам, сколько угрозам для РФ.

3. Перекладывая стратегические вопросы безопасности на институты Союзного государства, беларуские силовики становятся операциональными менеджерами на своей территории, потому как вынужденные затенить национальные интересы интересами «единого пространства безопасности» Союзного государства.

В сложившихся обстоятельствах Беларусь утратила возможность сбалансировать интересы Кремля и Киева на своей территории. При любых самых теплых чувствах Лукашенко к Украине, в условиях российско-украинского конфликта, а также его гибридного характера сегодня уже не возможно сохранить двусторонние отношения на уровне «партнерства» на внешних треках региональной и глобальной политики.

Мы будем вынуждены либо тихо сговариваться «драконя» россиян, либо сдерживать друг-дружку, жестко конкурируя в международных организациях, прежде всего в ВТО, куда Беларусь только собирается вступать, в ООН, где Беларусь принципиально будет кидать томагавки в украинскую спину на каждом голосовании третьего комитета ООН.

4. Украина и наши западные партнеры должны четко осознать: А. Лукашенко закрепил геополитический выбор Беларуси в доктринальном документе. Следовательно, на сегодня компетенции и амбиции Беларуси во внешней политике ограничены развитием собственной территории, собственной экономикой и не могут противоречить позициям Кремля на глобальном уровне. Единое пространство безопасности не позволит выстраивать антикремлевскую политику или противодействовать интересам россиян на территории РБ.

Достаточно забавно выглядит в этой рамке заявление В. Макея про готовность Беларуси поучаствовать в миротворческой миссии на Донбассе, сделанное сразу после встречи с С. Лавровым накануне переворота в «ЛНР».

В Украине достаточно серьезно отнеслись к событию: ведь РФ как альтернативный антизападный «полюс мира», мог под шумок действительно ввести туда «миротворческий контингент» ОДКБ с «полицейской миссией» и с участием военных РБ, разыграв комбинацию с гуманитарной катастрофой в Луганске.

5. Масштабируя все события на ключевых треках украинско-беларуских отношений можно отметить:

а) На уровне силовых ведомств уже идет открытое противостояние, начиная с пограничных служб и заканчивая регулярными недопониманиями и легким троллингом между военными.

б) На уровне парламентского взаимодействия идет фактически «холодная война» с регулярными скандальными заявлениями украинских представителей, при благородном игнорировании этих выпадов беларускими парламентариями.

в) Позитивная информационная повестка формировалась лишь в ходе встреч и телефонных переговоров президентов.

Отсутствие политического и гуманитарного трека очень сужает поле для маневров и торговли между странами. В итоге на сегодняшний день все громче звучат голоса за перенос «Минской площадки». Однако наиболее грустные последствия могут быть в экономическом треке.

Уже начато антимонопольное расследование по беларуской соли (источник). Не урегулирован вопрос с беларуским цементом (источник). Да и с правами человека тоже может получиться не совсем красиво (источник).

6. Киев не рассматривал беларуское направление как «танкоопасное», понимая, что для А. Лукашенко российские базы не приемлемы в силу собственной безопасности, а Минску нет дела до Украины пока он получает с работы на наших рынках около USD 2млрд. в год. В силу этого мы активно списывали недружественные действия Минска на «кремлевские козни» и не выносили конфликтные вопросы на официальный уровень.

В итоге самыми пострадавшими оказались простые социально активные граждане Украины, которых высылали, держали без суда в СИЗО, арестовывали за шпионаж и взятки. Репутационные убытки П. Порошенко от такой политики Минска уже к июню были слишком высоки, чтобы не обращать на них внимание.

При этом на территории Беларуси не было задержано ни одного украинского действительно экстремиста или радикала.

В тоже время граждане Беларуси чувствуют себя в Украине на несколько порядков спокойнее, ведь мы так никого не задержали и не выслали в ответ на действия Минска, даже наши «экстремисты» с «радикалами» не выставили блокпостов для приема экзаменов по украинскому языку у беларусов.

Все «обидные» действия со стороны Украины ограничивались публичными заявлениями политиков, реагирующих на «недружественное» отношение к нашим гражданам или политически важным темам, но, по сути, никогда не персонализировались.

Стоит отметить, что самые «оскорбительные» высказывания Савченко и Мирошниченко, прозвучали от маргинальных политиков принадлежащих сегодня к самому дну украинского политикума которые спозиционированны как пророссийские провокаторы. Однако их заявления также были сделаны как реакция на действия беларуской стороны.

Резюме

Координация действий между спецслужбами Союзного государства на территории РБ фактически блокирует возможности противодействия российскому влиянию на всех внешних и внутренних треках беларуской политики.

Введение пограничного контроля на границе с РФ и трансляция «напряженности» в отношениях между Лукашенко и Путиным не более чем дипломатическая игра Минска. Суть которой в сохранении переговорного поля и поддержании интереса Запада к А. Лукашенко, как к возможному ситуативному союзнику и наименее токсичному коммуникатору в игре ЕС и Кремля.

В сложившейся ситуации возможностей для развития двусторонних отношений между Украиной и Беларусью практически нет. Учитывая фактическое отсутствие совместных проектов на политическом и дипломатическом уровнях, экономический трек становится ключевой переговорной площадкой и на кон будут ставиться бизнес-проекты, прежде всего пострадают рынки конфликтной группы товаров (цемент, соль, стройматериалы), там где беларуская активность сталкивается с интересами крупных украинских бизнес групп имеющих свое политическое лобби.

Задержание Павла Шаройко и недружественное отношение беларуских силовиков к социально активным украинским группам (журналисты, эксперты, гражданские активисты), на фоне регулярных публичных разборок с украинскими пограничниками и военными, которые пользуются сегодня беспрецедентной поддержкой в украинском обществе, могут перевести противостояние в социальную плоскость.

В этом случае, репутационные издержки Беларуси приобретут вполне материальное выражение. Если, к примеру, запустятся информационные кампании по бойкотированию беларуских товаров. А недружественное поведение беларуских силовиков в отношении украинцев, возьмут на вооружение оппозиционные сегодня П. Порошенко патриотические силы, с требованием ввести экономические санкции против «союзника агрессора», проводящего недружественную политику в отношении украинских граждан. Думаю, что при существующем торговом балансе для Порошенко выбор между «дружбой с Лукашенко» и собственным политическим будущим более чем очевиден.

Дмитрий Громаков, социолог-эксперт по коммуникациям, Киев, специально для Belarus Security Blog

Другие материалы по теме:

Беларусь vs Украина: хроника пикирующих отношений. Взгляд из Киева (часть 1)

Logo_руна