Европейский ВПК сталкивается с вызовами большой войны

727
Иллюстративное фото

Вы прочитаете этот материал за 5 минут

Российско-украинская война выявила ряд слабых мест европейского ВПК. На устранение которых потребуется время и масштабные усилия. А между тем, без этого не может быть и речи о наращивании производства вооружения в необходимых для большой войны масштабах. И все сложнее будет разрабатывать новые изделия в приемлемые сроки.

Европейский ВПК по-прежнему в состоянии разрабатывать и производить высокотехнологичную продукцию военного назначения. Но значение имеет способность делать это в сжатые сроки и/или в больших масштабах. Пока что ответ оба раза «нет».

Во-первых, сдерживающим фактором наращивания выпуска даже уже разработанных и освоенных систем становится нехватка квалифицированных кадров. Как инженерного персонала, так и высококвалифицированных рабочих. Это серьёзный вызов, который требует активной кооперации военных производителей с университетскими и научными центрами, учреждениями профессиональной подготовки. Работа в этом направлении уже идёт.

Во-вторых, разработка нового вооружения и начало его масштабного производства требует серьезных инвестиций. А это значит необходима консолидация (слияние и поглощение) внутри самого европейского ВПК. И  тут начинаются проблемы. Дело в том, что значительная часть европейской оборонки принадлежит национальным правительствам. Которые по целому ряду соображений (в том числе и национального престижа) не готовы передавать контроль за своими активами иностранным корпорациям. В отличие от США, где консолидация компаний ВПК привела фактически к олигополии, в Европе оружейный рынок в целом конкурентный. Большинство европейских производителей вооружения в сравнении с американскими компаниями являются малыми и средними производителями. А значит не имеют достаточного финансового ресурса для быстрого внедрения разработок в производство в масштабах, необходимых для крупной войны.

В данной сфере (консолидация военного производства) решение может быть только политическим. Но пока европейские правительства не демонстрируют готовности отказаться от своего контроля над национальными ВПК в пользу повышения эффективности европейской оборонки в целом.

Третье вытекает из второго: отсутствие унификации вооружения европейских армий. Например, страны ЕС содержат 7 моделей основных боевых танков от 5 производителей; по 12 моделей гусеничных БМП и подводных лодок и т.д. Все это усложняет задачу их логистической поддержки в случае задействования в рамках многонациональных формирований. И влечет к удорожанию жизненного цикла техники.

В-четвертых, в Европе отсутствует единый оборонный рынок в части наличия общеевропейских унифицированных процедур оборота военной продукции. Это влечет ряд проблем:

— Низкая доля совместных закупок (только 5% европейских военных закупок осуществляется совместно несколькими странами). Это не позволяет делать масштабные приобретения и требовать от производителя снижения стоимости за размер партии.

— Нет единой общеевропейской регуляции экспорта вооружения. Что создаёт серьёзные проблемы при торговле продукцией, созданной в результате сотрудничества между различными европейскими производителями, с третьими (неевропейскими) странами. С учётом того, что военная техника зачастую является «конструктором» из блоков, производимых в разных странах, для ее экспорта требуется разрешение нескольких правительств сразу. Решение здесь видится в создании единых европейских правил экспорта продукции оборонного назначения. Это тоже политическое и отчасти даже ценностное решение.

В-пятых, необходимы длинные горизонты планирования. С учётом большого объёма инвестиций для разработки и внедрения в производство нового вооружения необходима уверенность компании-разработчика в том, что её продукция будет востребована в течение длительного периода в заметных объемах. В ином случае никто не будет создавать крупное производство: сегодня европейские правительства наращивают военные расходы, а завтра они их начнут сокращать. Поэтому европейский ВПК ждет больших «длинных» контрактов. А это опять же в текущих реалиях возможно в первую очередь через систему совместных закупок в рамках ЕС для оборонных нужд нескольких стран.

В-шестых (и связано с пятым), необходимо изменение в поведении европейских правительств. Которые по-прежнему готовы тратить относительно малые суммы, растягивая их на длительное время. А это влечет удорожание продукции и не позволяет поддерживать потенциал для быстрого наращивания военного производства в случае войны. Обстоятельства требуют реализации масштабных проектов по разработке и закупке в сжатые (относительно) сроки. Частью решения является ускорение закупочных и переговорных процедур. И прекращение практики бюрократии европейских стран вести длинные и, как правило, безрезультатные переговоры о закупках оружия. Что вызывает раздражение у представителей европейских оружейных компаний.

При решении вышеуказанных проблем европейский ВПК будет готов формировать и сохранять производственный потенциал, необходимый для ведения крупной региональной войны, типа текущей российско-украинской.

В настоящее же время европейская оборонная промышленность:

—  В состоянии производить 60% номенклатуры (т.е. от списка потребностей, а не от масштаба) конечной продукции, необходимой европейским армиям. Далеко не по всем этим 60% в ЕС имеется полный цикл производства, ряд компонентов импортируются из-за пределов Европы. Часто от немногих или вообще единственных поставщиков. Что делает такие цепочки поставок уязвимыми.

— Может лишь частично обеспечивать свои армии в условиях крупной войны даже уже освоенной продукцией из-за недостаточного производственного потенциала.

На создание военного производства, способного удовлетворить нужды европейских армий в условиях большой войны, потребуются годы и серьёзные политические решения на уровне национальных правительств и Евросоюза в целом.

Logo_руна