ЕвроПРО: развитие и перспективы.

821

Европа уже давно привыкла к преимуществам коллективной обороны. В 2012 году одной из наиболее актуальных угроз для гражданского населения ЕС и войск НАТО, развернутых за границей, была признана возможность нанесения ударов баллистическими ракетам — носителями оружия массового поражения со стороны «государств-изгоев» и международных террористических групп. И на эту угрозу Запад планирует дать срочный ответ. В своем выступлении в июне 2011 года на конфференции RUSI, посвященной  противоракетной обороне, Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен подчеркнул её важность, заявив: «Ракетная угроза реальна, и наша реакция должна быть реальной… НАТО защищает 900 миллионов граждан. ПРО является одним из основных элементов наших (оборонных) возможностей …»

Приверженность США участию в европейской ПРО была зафиксирована в 2009 году администрацией Обамы в документе «Европейский поэтапный адаптивный подход  (EPAA)». Объявляя о новой стратегии, Президент Б. Обама заявил, что она позволит опираться на проверенные системы вооружения и обеспечит более высокий уровень защиты от угрозы ракетной атаки, чем принятая в 2007 году программа  «Европейская ПРО».

Позиция США была поддержана на конфференции RUSI Джеймсом Миллером, Главным секретарем по вопросам политики Минобороны США, который отметил: «Лиссабонский саммит принял беспрецедентные меры для защиты Европы от баллистических ракет … Распространение баллистических ракет и оружия массового уничтожения не пойдет незамеченным. После выступления Президента Обамы в 2009 году EPAA стремительно реализуется. С учетом попыток обзавестись  оружием массового поражения, иранские ракеты представляют непосредственную угрозу как для сил США, так и для европейских союзников Америки».

Европейские и американские лидеры едины в отношении опасности, исходящей от Ирана. Не последней причиной этого является воинственная риторика иранского руководства и его угрозы перекрыть Ормузский пролив на фоне успехов в разработке ракетных технологий.

Эта угроза была отмечена в 2012 году в докладе Центра стратегических и международных исследований: «Самые угрожающие по форме… «соревнования»  происходят в военном деле и в сфере безопасности. Области, где эта конкуренция теперь наиболее остра, являются ядерные и ракетные технологии и иранские угрозы перекрыть Персидский залив. Напряженность вокруг иранской ядерной программы неуклонно росла на протяжении многих лет. Теперь она угрожает достигнуть критической точки…» Также отмечается неэффективность санкций Запада против Ирана.

Растущие возможности Тегерана в области ядерных технологий были отражены в докладе МАГАТЭ 2011 года.

В том же году Тегеран произвел пуск десятков  баллистических ракет во время учений «Великий пророк». Некоторые из них были способны поразить американские военные базы в регионе, а также Израиль, не говоря об арабских государствах Персидского залива и Турции.  Совсем недавно, «Defense News» сообщило об иранских разработках в направлении создания межконтинентальных баллистических ракет (далее по тексту МБР). Издание отмечает, что в Иране создана широкая технологическая и инженерная база для генерирования ракетных технологий, повышения надежности изделий и устойчивости ракетных частей. Следует отметить, что именно фактор иранских ракетных технологий является определяющим стимулом для создания европейской ПРО. Тегеран не просто разрабатывает соответствующие технологии – он демонстрирует готовность к жёсткому противостоянию. Параллельно иранское руководство стремится воспользоваться геополитической неопределённостью после свержения секулярных режимов в Тунисе, Ливии и Египте, установив тесные контакты с новыми властями в этих странах. В феврале этого года иранские военные корабли впервые в новейшей истории совершили поход в Средиземное море: несмотря на давление Запада, египетские власти разрешили проход судов через Суэцкий канал. С учетом того, что одним из приоритетов иранских военных разработок является создание ракет класса море-земля и крылатых ракет морского базирования приведенные факты побуждают Запад предпринимать быстрые и скоординированные шаги в ответ. EPAA является важнейшей частью этого ответа.

В последнее время произошла корректировка планов создания системы европейской ПРО: объявлено о сдвижении сроков развертывания наземных частей в пользу использования американской системы «Aegis», установленной на военных судах. Использование кораблей позволяет отказаться от реализации первоначальных планов по развертыванию комплексов в Польше и Чехии.  Корабли, оснащенные «Aegis», уже патрулируют воды Средиземного моря. В настоящее время произошел определённый сдвиг: вместо нейтрализации МБР, что было предусмотрено изначально, европейская ПРО в большей степени будет ориентироваться на отражение ударов баллистическими ракетами средней и малой дальности. 

Решение использовать систему «Aegis» в качестве основы ПРО не было неожиданностью для осведомленных наблюдателей; представляется, что такой вариант наиболее жизнеспособен. Как отметил военный аналитик Лорен Томпсон: «ПРО «Aegis» является также наиболее политически приемлемой. В 2009 году администрация Обамы отказалась от планов строительства европейской ПРО по образцу той, которая была создана ранее на Аляске и в Калифорнии из-за политических факторов, в том числе угроз со стороны России. Вместо этого была избрана система «Aegis» для защиты региональных союзников.» Уже начиная с 2015 года патрульные соединения ПРО в Средиземноморье будут усилены наземным вариантом «Aegis» в Румынии. Далее полоса защиты будет расширяться на север в четыре этапа. Тот факт, что первоочередное развертывание системы европейской ПРО предусматривается именно на южном направлении, подтверждает заявления о не направленности системы против России.  

В рамках EPAA, США будут развертывать ракеты-перехватчики морского базирования «SM-3», а начиная с 2015 года – улучшенные «SM-3», причем как на море, так и на суше. В итоге вместо 10 наземных ракет-перехватчиков, которые по первоначальным планам должны были развернуться в Польше, новый план сухопутного  разведывания «Aegis» предусматривает наличие 40 — 50 ракет «SM-3» на земле еще более значительного количества подобного вооружения на кораблях, патрулирующих прибрежную зону.

Продвинутые версии «SM-3» будут развернуты в 2018 году, и еще более нового поколения — в 2020 году на базе американо-японской разработки «SM-3 Block IIA». Выступая в сенатском комитете по вооруженным силам в сентябре 2009 года, заместитель Министра обороны США  Мишель Флурной заявил: «Новый подход в Европе также будет опираться на сеть распределенных датчиков и надежных ракет-перехватчиков «SM-3», которые могут управляться посредством системы «Aegis» с земли и воды. Это означает, большую географическую гибкость, большую живучесть и большую масштабируемость в ответ на возникающие угрозы».

Развитие европейской ПРО становится все более динамичным, протесты России игнорируются.  До 2015 года в Испанию будет передислоцировано четыре эсминца класса «Арли Берк», оснащённых комплексами «Aegis». Не остаются в стороне и европейские партнеры США. Так, несмотря на жесточайший финансовый кризис, Испания объявила о вводе в строй фрегата ПРО класса «Альваро де Базан»; Нидерланды планируют развернуть четыре корабля с комплексами «Aegis». На базе военной базы в Рамштайне в Германии создается центр европейской ПРО; наземные ракеты-перехватчики будут размещены в Румынии в 2015 году, а в Польше – в 2018.

Совершенно очевидно, что создание европейской системы противоракетной оборы – вопрос решенный. Спор между Россией и Западом относительно развертывания европейской ПРО – исключительно их проблема и Беларусь не должна позволить втянуть себя в него, и уж тем более не вмешиваться по собственной инициативе. Надо понимать, что наша страна в силу ничтожного политического и военного веса не может быть стороной-субъектом, а будет являться лишь пешкой в большой и сложной игре. А относительно европейской ПРО речь идет именно об игре: Россия, окончательно и бесповоротно утратив статус сверхдержавы, пытается сохранить хотя бы уровень регионального лидера СНГ. Это ей необходимо постольку, поскольку Кремль планирует свое окончательное включение в то, что В. Путин назвал «историческим Западом» в рамках заданной парадигмы «интеграции интеграций». Совершенно ясно, что такое включение может быть на разных условиях и с разным конечным статусом. Именно вокруг будущего статуса России и ее роли идет в настоящее время торг, одной из площадок которого является проблематика европейской ПРО. В этой ситуации призывы некоторых горе-стратегов о размещении на территории Беларуси российских частей, оснащенных ракетами «Искандер» является верхом идиотизма.


Logo_руна