К вопросу создания Единой региональной системы ПВО.

920

13.02.2012   указом № 65 А. Лукашенко утвердил «Соглашение между Республикой Беларусь и Российской Федерацией о совместной охране внешней границы Союзного государства в воздушном пространстве и создании Единой региональной системы противовоздушной обороны Республики Беларусь и Российской Федерации»  (далее по тексту ЕРС ПВО). Соглашение было подписано министрами обороны двух стран еще 03.02.2009, однако, по настоящее время беларуской стороной утверждено не было.

Факт утверждения Соглашения вызвал дискуссию в беларуских политических и экспертных кругах относительно значимости данного события и его потенциальной угрозе государственному суверенитету Беларуси.

Следует отметить, что разброс в оценках оказался довольно широким. Отмечается, что само по себе Соглашение о ЕРС ПВО оформляет и упорядочивает систему взаимоотношений между силами противовоздушной обороны двух стран, оставшуюся еще со времен СССР. В целом это верно, так как  ЕРС ПВО является частью Единой системы противовоздушной обороны государств-участников СНГ.

Также высказывалось мнение о том, что утверждение Соглашения беларуской стороной связано с текущей избирательной кампанией в России.

Одновременно присутствуют и алармистские высказывания о том, что важнейшая часть системы национальной обороны будет передана в ведение соседнего государства.

На наш взгляд, последнее мнение представляется ошибочным. В подтверждение чего необходимо обратиться к первоисточнику — тексту Соглашения.

Во-первых, Соглашение принято в развитие «Соглашения о создании объединенной системы противовоздушной обороны государств — участников Содружества Независимых Государств» от 10.02.1995, Договора между Республикой Беларусь и Российской Федерацией «О военном сотрудничестве» от 19.12.1997,  «Соглашения между Республикой Беларусь и Российской Федерацией о совместном обеспечении региональной безопасности в военной сфере» от 19.12.1997 и Концепции совместной оборонной политики Беларуси и России, утвержденной Решением Высшего Совета Союза Беларуси и России от 22.01.1998 N 4. Мягко говоря, ни один из этих документов «свежим» назвать нельзя. Да и со второй половины 90-х годов суверенитета у Беларуси не убавилось, а Россия сильнее объективно не стала, несмотря на победные реляции околокремлевских СМИ.

Во-вторых, из ст. 4 Соглашения следует, что стороны не обязаны передавать в состав ЕРС ПВО все свои подразделения, а перечень переданных воинских частей может корректироваться в ту или иную сторону по мере необходимости.

В-третьих, в мирное время национальные компоненты ЕРС ПВО применяются в соответствии с национальным же законодательством. Стороны лишь планируют совместное применение и организовывают взаимодействие.

В-четвертых, Соглашение является срочным и заключается на пять лет.

Однако наибольший интерес представляет приложение к Соглашению «Положение о ЕРС ПВО Республики Беларусь и российской Федерации» в котором определены задачи и схема функционирования ЕРС ПВО.  Следует сказать, что ничего сверхординарного в нем нет. В целом, задачи, возлагаемые на ЕРС ПВО,  повторяют текущие задачи национальных ПВО. В мирное время задачи ЕРС ПВО решаются на основании плана действий, утверждаемого совместно Министрами обороны Беларуси и России.

Подъем в воздух дежурных истребителей ПВО одной стороны для решения задач боевого дежурства в воздушном пространстве другой стороны осуществляется только по согласованному решению оперативных дежурных центральных командных пунктов ПВО двух стран.

Особо следует обратить внимание на функциональные обязанности командующего ЕРС ПВО.  А они в мирное время достаточно скромные: координация деятельности сторон по противовоздушной обороне, подготовка предложений по развитию ЕРС ПВО, разработка планов боевого применения группировки. В военное время командующий наделяется правами по непосредственному руководству ЕРС ПВО.

Организация и применение ЕРС ПВО осуществляется на основании следующих принципов:

а) координация совместных действий в мирное время;

б) сохранение непосредственного подчинения войск (сил) и средств ЕРС ПВО национальным командованиям в мирное время;

в) применение войск (сил) и средств ЕРС ПВО по единому замыслу и плану в военное время;

г) оснащение войск (сил) и средств ЕРС ПВО вооружением и военной техникой на основе единой военно-технической политики;

д) единство подходов к определению требований к боевой готовности и выучке войск (сил) и средств ЕРС ПВО, организации их оперативной и боевой подготовки.

Из сказанного выше следует, что все основополагающие решения в рамках ЕРС ПВО применяются только путем консенсуса. Ни о какой передаче командования над беларуской ПВО речи не идет в принципе. Что же касается ситуации вооружённого конфликта, что должно повлечь переход непосредственного управления ЕРС ПВО к командующему, то следует отметить два момента:

— нет никаких препятствий к тому, чтобы командующим стал беларуский военачальник;

— вероятность вооруженного конфликта в зоне ответственности ЕРС ПВО ничтожна.

Хотелось бы обратить внимание, что по пути создания региональных систем ПВО идут многие западные страны. Достаточно вспомнить американо-канадское Командование воздушно-космической обороны Северной Америки, существующее с 1958 года, воздушное командование НАТО. Более того, именно страны НАТО демонстрируют самый глубокий уровень военной интеграции. Так, силы ядерного сдерживания Великобритании находятся в оперативном управлении военного руководства США (вплоть до команды на применение ядерного оружия). На новый уровень выходит франко-британская военная интеграция.

Само по себе, подписание Соглашения давно ожидаемо. Более того, несмотря на отсутствие официального утверждения, Соглашение де-факто действовало по большинству вопросов. Говорить об углублении зависимости Беларуси от России на основании единой военно-технической политики неуместно: у обеих сторон один источник вооружений — арсеналы Советской Армии. Ничего принципиально нового ни одна страна после 1991 года на вооружение не приняла, не разработала, не закупила в третьих странах. Более того, единая военно-техническая политика для Беларуси означает доступ к новому российскому оружию и военным технологиям. Национальная оборона нуждается в переоснащении, своими силами с этим не справиться, закупать на Западе нет возможности в силу материального фактора в первую очередь. Остается только два варианта: старый – Россия или новый – Китай. Однако Китай все еще сохраняет зависимость от импорта технологий в наиболее интересующей беларускую сторону сфере — авиации и ПВО.

Касательно рассматриваемой ситуации, на наш взгляд, военно-политические союзы не следует рассматривать как априори угрозу суверенитету. Это инструмент и при грамотном использовании блокирование с другими странами способно принести взаимную пользу всем участникам.

Logo_руна