Мониторинг положения в области экономической безопасности Беларуси (апрель-июнь 2022 года)

2167
Иллюстративное фото

Загрузить документ в PDF

Риски для экономического роста

Доминирующим фактором, определившим значительную динамику экономики Беларуси во втором квартале, стало санкционное давление и потеря украинского рынка. При этом на появление многочисленной негативной информации власти отреагировали сокращением официально публикуемой статистики. В частности, перестала обнародоваться статистика товарной структуры внешней торговли, показатели госдолга, отчеты об исполнении бюджета и прочее. Это делает информацию об экономической ситуации обрывочной и сужает возможности для ее анализа.

Пока статистика по ВВП страны остается в публичном доступе, можно говорить он погружении экономики в глубокую рецессию. Так, по итогам полугодия падение ВВП страны составило 4,2%, при этом сокращение демонстрируют все регионы и почти все крупные отрасли, кроме IT-сектора. Обрабатывающая промышленность сократилась на 6%, сельское хозяйство – на 3%, строительство – на 12,5%, грузооборот транспорта – на 21,9%. Дальнейшее ухудшение показателей ВВП не вызывает сомнений –  МВФ, Евразийский банк развития и Всемирный банк прогнозируют сокращение экономики по итогам 2022 года на 6,4–6,5%. В тоже время месячная статистика сигнализирует о достижении экономикой краткосрочного дна или по крайней мере приближении к нему. Так, сокращение экономики в июне к уровню прошлого года составило 7,8% — 8%, что несколько меньше майского показателя в 8,6% (источник).

Наибольшие последствия в краткосрочном периоде создают риски, связанные с резким ухудшением ситуации во внешнем секторе – из-за введенных торговых ограничений и запретов, а также потери украинского рынка. При этом отраслевой охват действия таких запретов продолжает увеличиваться: так, с июня европейский рынок закрылся для беларуской древесины, черных металлов и изделий из них, цемента, шин. Власти оценивают потенциальные потери во внешней торговле за год до трети беларуского экспорта (источник). При этом логистические возможности перенаправить выпадающий экспорт на альтернативные рынки являются ограниченными.

Однако, несмотря на сокращение экспорта, сальдо внешней торговли страны остается положительным и даже формально улучшается относительно показателей прошлого года. По данным Нацбанка внешнеторговый профицит за 5 месяцев 2022 года составил более USD 1,7 млрд по сравнению с USD 1,3 млрд годом ранее. Такая ситуация обусловлена как ускоренным сокращением импорта, так и благоприятной ценовой конъюнктурой на экспортируемые Беларусью товары. В итоге физическое сокращение экспорта обгоняет его стоимостное изменение.

В этой связи весьма значительные риски для экспортных цен связаны с угрозой замедления мировой экономики. На фоне рекордной за последние десятилетия инфляции мировые центробанки начали ужесточать монетарную политику. Наиболее значительное внимание здесь приковано к действиям ФРС США – с начала года она же подняла учетную ставку с 0-0,25% до 1,5-1,75% и дальнейший ее рост представляется неизбежным. В такой ситуации резко усилились риски рецессии в американской экономике – так, по итогам первого квартала ее сокращение составило 1,5%. Непривычно слабый рост демонстрирует и экономика Китая – во втором квартале ее ВВП вырос лишь на 0,4% к прошлому году. В итоге в последние месяцы на товарных рынках наблюдается падение сырьевых цен. Так, цены на медь с пиковых уровней упали на 30%, пшеницы – почти на 40%, нефти – на 23%. Сохранение таких тенденций нивелирует позитивное влияние экспортных цен для беларуских товаров, и ухудшит результаты торговли для страны.

Если шок со стороны спроса реактивно проявляется в экономике страны, то действие шока предложения пока не столь заметно. Сложно сказать, обусловлено это наличием запасов у производителей, использованием лазеек при импорте или нахождением альтернативных поставщиков из «дружественных» стран. В любом случае в СМИ не появляются факты остановки производств из-за нехватки комплектующих или массовом переводе сотрудников в режим неполной занятости по этой причине. Скорее наоборот производители стараются сократить производство не так существенно, как упали продажи, что в итоге приводит к росту запасов готовой продукции. За год их размер увеличился на 45% и достиг 71,7% уровня среднемесячного производства по сравнению с 56,8% годом ранее.

Более заметно проявляются риски, связанные с уходом иностранного бизнеса и компаний, работающих на западный рынок. Так, негативные тенденции наблюдаются в IT-секторе, который был одним из устойчивых драйверов экономики последние годы. Начиная с весны в отрасли фиксируется значительное сокращение занятости – по официальной статистике за март-май численность сотрудников в ней уменьшилась на 5,5 тыс человек (источник). Неофициальные расчеты дают показатель оттока около 20 тыс сотрудников за период с осени 2020 года (источник). В условиях преимущественно аутсорсинговой модели беларуских IT-компаний такая ситуация привела к резкому торможению роста отрасли. В июне ее прирост сократился до 1-1,2% к уровню прошлого года (месяц к месяцу), а итоговый позитивный вклад в общую экономическую динамику составил лишь 0,1 п.п. (источник).

Вторичные эффекты торговых санкций проявляются в сокращении инвестиционной и потребительской активности в стране. Сокращение демонстрируют и реальные доходы населения (на 2,1% за январь-май), и даже розничный товарооборот (на 0,4% за полгода). Из текущей повестки правительства полностью исчезла тема запуска нового инвестиционного цикла, активно продвигаемая весь предыдущий год. В итоге в Беларуси продолжает наблюдаться сокращение инвестиций, начавшееся еще в 2020 году. Инвестиционный спад за полгода составил 17,1%, при этом в июне он превысил 27% в месячном исчислении. Сжатие инвестиционной активности помимо краткосрочного негативного эффекта на ВВП также снижает потенциал экономического роста в среднесрочной перспективе. Так, ЕАБР уже оценивает потенциал экономического роста в Беларуси в среднесрочном периоде ниже 1% в год (источник). С другой стороны, ранее в экономической истории Беларуси были прецеденты, когда масштабные госинвестиции играли дестабилизирующую роль для финансового рынка. Текущее положение вещей такой риск нивелирует.

Санкционное давление и вызванный им экономический спад усиливает и стратегическую проблему страны, связанную с сокращением трудоспособного населения. Так, по статистике за апрель количество занятых в экономике за последний год уменьшилось на 53,3 тыс. человек (источник). Экономическая депрессия будет усиливать миграционные потоки из страны. Негативно на человеческий капитал страны будет влиять и постепенная деградация социальной сферы, связанная, например, с оттоком квалифицированных кадров и вынужденной экономии госбюджета на социальные цели (источник).

Ключевым фактором, микширующим падение беларуской экономики, является рост спроса на российском рынке. В условиях значительного торгового профицита России и снижения уровня конкуренции беларуские производители действительно могут рассчитывать на рост продаж на российском рынке – власти планируют увеличить экспорт в Россию по итогам года на 40%, или USD 6,5 млрд (источник). В первую очередь это касается продукции производителей машин, оборудования, продуктов питания. При этом существенное наращивание экспорта калийных, азотных и смешанных удобрений, нефтепродуктов и товаров деревообработки в Россию или транзитом через российские порты и железную дорогу в краткосрочной перспективе выглядит невозможным из-за существующих логистических проблем (власти оценивают масштаб таких потерь в USD 12 млрд).

В чрезвычайно сложных внешних условиях политика властей по поддержке национальной экономики во многом напоминает их поведение во время короновирусного спада. Комплекс экстренных мер, разработанный Правительством и предполагающий временное ослабление налоговой и регулятивной нагрузки на бизнес и население, а также либерализацию некоторых аспектов экономической жизни (источник), пока так и не согласован на высшем уровне. Не прибегло Правительство и к прямой финансовой поддержке населения и бизнеса. Более того сохраняются планы по повышению налогов для малого бизнеса в 2023 году.

Правительство активизировало поддержку экспортеров и реализацию программы по импортозамещению.  В частности, на компенсацию льготных процентных ставок при экспортном кредитовании предусмотрено BYN 4,5 млрд, что на 40% больше средств, чем в 2021 году, упрощено регулирование некоторых вопросов, связанных с экспортным кредитованием. Также в активе Правительства точечные шаги по изменению регулирования отдельных вопросов: упрощение трансграничной торговли (безвизовый въезд для граждан соседних стран ЕС, возможность внесения наличной валюты на счет организации), упрощение правил индивидуального строительства, возврат на старый уровень (с 2% до 1%) размер сбора для членов ПВТ.

Плюсом можно считать и воздержание властей от резких ответных контрсанкционных мер. К таковым можно отнести решение Правительства, о запрете для иностранных инвесторов (всего 219 компаний по списку) отчуждать доли в своих беларуских организациях. Такое решение, безусловно, негативно скажется на желании указанных инвесторов расширять свой бизнес в Беларуси, однако в текущей ситуации это и так было маловероятно. В тоже время беларуское Правительство не стало проявлять принципиальность, и на фоне растущей инфляции сократило список товаров, запрещенных к импорту из ЕС.

Риски финансовой нестабильности

При этом в финансовом секторе происходит постепенное улучшение ситуации – риски, которые дестабилизировали рынки в начале весны, в основном были купированы. Курс рубля к доллару восстановился до предкризисного уровня, и Нацбанк даже вынужден бороться с его избыточным укреплением. Стабильно профицитным остается валютный рынок – лишь в июне впервые за 12 месяцев покупка валюты населением немного превысила ее продажу. В прогнозных рамках остаются золотовалютные резервы страны: после резкого падения в феврале, их дальнейшая динамика была незначительной – с апреля по июнь размер ЗВР уменьшился на USD 65 млн до уровня USD 7,5 млрд. Разворот наблюдается и на депозитном рынке – отток депозитов исчерпался и размер как валютных, так и рублевых вкладов населения начал понемногу увеличиваться.  Резко изменилась и ситуация с банковской ликвидностью – после ее жесткого дефицита в марте к лету ситуация сменилась существенным профицитом, а ставки на межбанковском рынке упали с 32% до 2%. В таких условиях банки постепенно активизируют кредитную деятельность, расширяя количество программ и снижая ставки.

При этом среднесрочные и долгосрочные риски в финансовом секторе продолжают нарастать. Значительной остается инфляция – в июле ее уровень составил 17,6%. Сильным проинфляционным фактором является существенное ослабление беларуского рубля к российскому – за период с начала года оно превышает 30%. Это нивелирует фактор замедления экономики и сильно отличает ситуацию от российской, где последние недели наблюдаются дефляционные тенденции.

Нацбанк пока не может сбалансировать рынок банковской ликвидности и восстановить его управляемость. Динамика рынка носит ярко выраженный качельный характер, когда период сильного дефицита сменяет ситуация значительного профицита, а Нацбанк вынужден воздерживаться от использования стандартных механизмов управления. Если в начале весны регулятор отказывал банкам в предоставлении ликвидности, то с июля он отказался от привлечения средств банков через механизм депозитных аукционов. Такой шаг уменьшает возможности для банков по размещению свободных ресурсов, и стимулирует их расширять кредитные операции.

Значительно ухудшается и ситуация с исполнением бюджета. По последней обнародованной статистике (после нее Минфин перестал размещать эти данные на своем сайте), дефицит консолидированного бюджета за 5 месяцев составил BYN 211 млн., или 0,3% ВВП. Это является наихудшим результатом для этого периода года, начиная с 90-ых годов (источник).

Но наиболее потенциально проблемная ситуация складывается с обслуживание госдолга. В конце июня Правительство и Нацбанк приняли совместное постановление о выплате процентов по евробондам в беларуских рублях на счет в Беларусбанке. Власти обосновывали такой решение тем, западная расчетно-клиринговая система не обеспечила конечное зачисление средств, перечисленных Правительством Беларуси, на счета держателей ценных бумаг (источник). В конце июня по такой схеме была осуществлена очередная выплата купонного дохода держателям беларуских бондов. В ответ на такой шаг рейтинговые агентства Fitch и Moody’s понизили кредитный рейтинг Беларуси по валютным обязательствам до уровня выборочного дефолта (источник). Агентство S&P отреагировало более сдержано и воздержалось от снижения рейтинга, указав, что Правительство Беларуси ищет альтернативные способы оплаты в долларах США. Признание суверенного дефолта Беларуси будет иметь долгосрочные последствия для экономики – это на длительный период закроет международные рынки капитала как для государства, так для и частного сектора. Нельзя исключать и риски для госсобственности за рубежом, связанные с потенциальными судебными исками держателей облигаций. При этом на текущий внутренний валютный рынок дефолт будет влиять ограниченно и несопоставимо с последствиями дефолта 1998 года в России.

Риски экономической самостоятельности

Наращивание и углубление экономических связей с Россией является естественным ответом беларуской экономики на вызовы, обусловленные санкциями. Продолжает увеличиваться доля России в структуре внешней торговли – за январь-май на нее пришлось более 50% беларуского импорта и 63% экспорта. При этом в мае зафиксирован рекордный экспорт в Россию за всю историю наблюдений – на сумму USD 1,65 млрд, что почти на 30% больше прошлогоднего показателя. Примечательно, что и надежды на страновую диверсификацию экспорта во многом связаны с использование российской логистики. Так, беларуские власти планируют получить в собственное управление и расширить портовой терминал в Ленинградской области (источник). Это должно способствовать восстановлению позиций Беларуси на рынке калийных удобрений.

Увеличивается и зависимость Беларуси от России как источника кредитных ресурсов. Признание дефолта не только закроет для Беларуси западные рынки капитала, но и усложнит привлечения на азиатских рынках. В такой ситуации Россия и ее аффилированные структуры становятся монопольным кредитором Беларуси.

Примечательно и расширение практики нерыночного целевого кредитования российскими властями проектов в Беларуси. Так, определенные надежды Правительства на восстановление экономической активности связаны и с участием в импортозамещающих проектах, финансируемых российскими структурами. По текущим договоренностям беларуские предприятия должны освоить порядка USD 2,5 млрд в рамках 10 проектов (источник). Российские власти планируют и профинансировать перевооружение беларуских школ на сумму порядка USD 180 млн (источник).

Выводы

Экономика Беларуси переживает масштабное падение, вызванное санкциями и потерей украинского рынка. При этом скорость спада стала замедляться, что может быть свидетельством постепенной адаптации экономики к существующим условиям. Характерной чертой нынешнего кризиса является сильный внешнеторговый баланс, что объясняется ускоренным сокращением импорта, благоприятной ценовой конъюнктурой и ростом продаж в Россию. Угрозой для экспорта в данном контексте является наблюдаемое падение цен на сырьевых рынках. Открытым остается вопрос возможного шока со стороны предложения (ограничения доступности сырья, комплектующих и технологий), который пока активно не проявляется.

Logo_руна