Мониторинг положения в области экономической безопасности Беларуси (май 2020 года)

1581

Загрузить документ в PDF

Риски для экономического роста

Ключевым фактором, определяющим состояние экономики страны, остается конъюнктура внешнего спроса, существенно ухудшившаяся на фоне кризиса в мировой и российской экономике. Постепенное смягчение и снятие карантинных мер в странах ЕС и России подтолкнет оживление экономической активности, при этом актуальным остается вопрос, по какой из моделей будет происходить восстановления мировой экономики. Так, судя по эйфории, царящей на  мировых фондовых рынках (например, американские индексы Dow Jones и S&P500 приближаются к историческим максимумам начала года, а индекс технологических компаний Nasdaq уже превысил его), можно сделать вывод об ожиданиях восстановления по V-образной модели (резкий спад сменяется таким же резким ростом). При этом прогнозы международных организаций более сдержанные, и для многих стран выглядят по U-образной (восстановление происходит с некоторой задержкой) или даже L-образной модели (медленное восстановление после значительного спада). Так, по последнему прогнозу Всемирного банка падение мировой экономики в 2020 году составит 5,1%, а ее рост в 2021 году на 4,2% окажется недостаточным для полного восстановления. Еще более сложная ситуация ожидается у ключевых торговых партнеров Беларуси: падение экономики стран Еврозоны в текущем году может достичь 9,1% с последующим восстановлением лишь на 4,5%, экономика России может сократиться в 2020 году на 6%, при этом в 2021 году ее рост составит лишь на 2,7% (источник).

Оценки российских властей более оптимистические, но и они не ожидают восстановления российской экономики раньше июня 2021 года (источник). При этом в наибольшей степени пострадает инвестиционный спрос (его годовое падение оценивается в 12%), поскольку компании будут вынуждены изменять структуру расходов в пользу наращивания доли заработной платы.

Неблагоприятные тенденции складываются и на мировом рынке продовольствия, поскольку цены на большинство видов сельхозпродукции (в т.ч. молочную продукцию и большую часть мясной продукции) продолжают демонстрировать падение (источник). Стагнация рынка продовольствия в свою очередь оказывает сдерживающее воздействие на рынки удобрений, в т.ч. и калийных.

В таких условиях спрос на ключевые экспортные позиции беларуской промышленности и сельского хозяйства оказывается под серьезным давлением. В результате по итогам 4 месяцев года падение ВВП страны ускорилось с 0,3% до 1,3% (источник). При этом по некоторым оценкам сжатие экономики непосредственно в апреле составило 4,8%, а промышленность сократилась на 7% (источник). Большего падения удалось избежать благодаря позитивной динамике трех секторов: сельского хозяйства, строительства и ИТ-услуг. При этом роль экспорта ИТ-услуг в экономике продолжает увеличиваться: за первый квартал он составил USD 0,64 млрд, прибавив почти 30% год к году (источник). Однако и в ИТ-секторе уже наблюдаются определенные негативные тенденции, в частности чистый отток занятых, зафиксированный впервые за время отражения статистики (источник).

В начале июня неопределенность относительно сроков восстановления внешнего спроса дополнилась достаточно неожиданной сменой экономического блока Правительства страны и возникшей неопределенностью относительно его будущей политики. Исходя из публичных заявлений Александра Лукашенко (источник) можно предположить, что такое решение является не просто сменой персоналий, но и изменением модели работы Правительства в целом. В таком случае новое Правительство будет в большей степени сосредоточено на исполнении поручений президента и его администрации, а практика ручного управления экономикой расширится. Так, по мнению А. Лукашенко, новое Правительство должно плотнее заняться вопросом защиты внутреннего рынка, а также укрепить производственную и технологическую дисциплину на предприятиях. Также можно ожидать усиление давления на банковский сектор, в том числе активное продвижение идеи выкупа банками акций реального сектора.

При такой диспозиции не высоки шансы, что новое Правительство будет продолжать попытки старого состава продвинуть антикризисную программу по фискальной поддержке потребительского спроса. Таким образом, принятые на текущий момент властями антикризисные меры остаются достаточно ограниченными, и многие предложения предыдущего Правительства были отклонены Администрацией президента или утверждены в урезанном объеме. Так, не получила жизни инициатива по повышению пособия по безработице до уровня прожиточного минимума, которую старое Правительство уже успело проанонсировать и которое могло стать знаковым событием для экономической политики страны. В итоге власти пошли лишь на доплаты определенным категориям работающих до уровня минимальной заработной платы, и только в случае соответствующего решения местных органов власти (источник). Нет речи и о возможной секторальной поддержке пострадавшим отраслям экономики, точечная помощь отдельным предприятиям будет рассматриваться в индивидуальном порядке (источник).

Негативное влияние на рост ВВП будет оказывать и стремительное ухудшение ситуации с исполнением бюджета. По данным Минфина за период января-апреля 2020 года доходы государственного бюджета только в номинальном выражении сократились на 5,7% к уровню прошлого года. При этом непосредственно за апрель падение доходов республиканского бюджета составило 19%, а бюджета сектора госуправления – 22,9% (источник). В итоге власти вынуждены прорабатывать план сокращения капитальных расходов, подробности которого публично не обнародованы (источник). Согласно некоторым источникам, озвучиваются и такие идеи, как привлечение к их финансированию организаций частного сектора.

В условиях смены Правительства подвешенным остается план властей по привлечению кредитов международных структур на сумму USD 2,5 млрд для финансирования дополнительных расходов бюджета, который ранее озвучивался предыдущим составом Совмина. Отказ от риторики реформ и возврат к волюнтаристским практикам серьезно ухудшит перспективы переговоров с МВФ, ВБ и иными финансовыми организациями.

Риски финансовой нестабильности

Курс беларуского рубля во многом благодаря укреплению российской валюты продолжает отыгрывать свое ослабление к доллару. И хотя размер его девальвации с начала года остается значительным (около 13%), такое ослабление не привело к разбалансировке финансовой системы. Со стороны населения по-прежнему сохраняется избыточный спрос на валюту, но в целом на валютном рынке вновь наблюдается ситуация чистого предложения. После провала в начале года стабилизировался и размер золотовалютных резервов страны – по итогам мая их сумма составила USD 7,9 млрд. Ослабление рубля спровоцировало некоторое ускорение годовой инфляции – ее значение в апреле достигло 5,4% (источник). При этом размер инфляции все еще остается на исторически низком уровне, и по оценкам Нацбанка он сложится в диапазоне 5-6% по итогам года (источник).

Ярко выраженные кризисные явления не наблюдаются и в банковском секторе. Динамика плохих долгов в остается незначительной (рост с 5,34% в начале года до 5,6% в апреле), хотя Нацбанк и допускает актуализацию риска их роста с определенным временным лагом (источник). Отток депозитов населения, вызванный ухудшением их ожиданий, также не стал масштабным: валютные депозиты населения сократились в апреле на 3,2%, рублевые – на 1,56%.

Контролируемость текущей ситуации позволила Нацбанку пойти в русле мировых тенденций и снизить в мае ставку рефинансирования с 8,75% до 8%, что является очередным историческим минимумом. Смягчение монетарной политики на фоне ослабления рубля и роста инфляционных ожиданий является достаточно непривычным для Беларуси шагом, однако в текущей ситуации Нацбанк обосновывает его значительным дезинфляционным воздействием из-за резкого спада экономики, а также замедлением инфляции в России. Это решение Нацбанка должно оказать стимулирующее воздействие на экономику через уменьшение процентной нагрузки по ранее выданным кредитам и рост спроса на новые кредиты.

В таких условиях основные риски в финансовом секторе оказываются сконцентрированы в части обслуживания госдолга. Сложности с исполнением бюджета усиливают потребность в рефинансировании текущего госдолга и даже его наращивании для стимулирования экономики. Смена Правительства, а также усиление политических репрессий на фоне проведения президентских выборов значительно ухудшают возможности властей по привлечению внешнего финансирования от таких заемщиков, как МВФ, ВБ, ЕБРР. Ухудшение отношений с ЕС и США, вплоть до возможного введения последними новых санкций против руководства Беларуси (источник), в свою очередь негативно скажется и на конъюнктуре для новых размещений евробондов. В такой ситуации с учетом прохладных отношений с Россией главным источником рефинансирования госдолга могут остаться только китайские ресурсы (несвязанные кредиты или своп-линии), о переговорах по которым заявляло еще Правительство Сергея Румаса, хотя и без указания возможных их сумм.

В крайнем случае и без привлечения новых кредитов власти в краткосрочном периоде способны справится с финансированием госдолга за счет сокращения ЗВР. Однако обратной стороной политики активного расходования ЗВР станет снижение доверия к финансовой системе со стороны населения и бизнеса и рост давления на валютный рынок.

Менее очевидным на текущий момент, но все еще значительным остается риск очередного ослабления российского рубля. По мнению некоторых аналитиков, наблюдаемое укрепление российского рубля может оказаться непродолжительным и по мере исчерпания временных факторов он вновь продемонстрирует существенное падение (источник). На возможное ослабление рубля влияет ряд факторов: дальнейшее смягчение политики Центробанком, окончание периода дивидендных выплат, падение экспортной выручки от продажи энергоносителей, оживление внутренней потребительской активности (в т.ч. благодаря началу действия программы восстановления экономики). Не исключен и пересмотр бюджетного правила, предполагающий активную продажу валюты из Фонда национального благосостояния, благодаря чему курс рубля в настоящее демонстрирует сдержанную волатильность относительно изменения цены нефти. В результате, по некоторым прогнозам (источник), курс российского рубля к концу года может упасть до уровня RUR 90 за доллар. Противовесом такого риска является восстановление мировой экономики по V-образной модели и соответственно быстрый рост цен на нефть и природный газ. Возможная реализация рисков существенного ослабления российского рубля сильно ухудшит состояние финансового сектора Беларуси, в первую очередь банковской системы.

Риски экономической самостоятельности

После определенного перерыва беларуские власти вновь подняли вопрос интеграции в рамках Союзного государства. Так, Посол Беларуси в России Владимир Семашко заявил о готовности садиться за стол переговоров после президентских выборов и выйти на окончательное согласование пакета интеграционных карт. По словам Посла, ключевыми блокирующими для беларуской стороны вопросами остаются формирование единого рынка газа и компенсация налогового маневра (источник).

Видимо усилить переговорную позицию Беларуси должна продолжающаяся политика диверсификации поставок нефти, которая во многом носит демонстративный характер. Так, в июне в Беларусь поступает первая партия американской нефти в размере 77 тыс тонн (источник). Тему для переговоров создают и очередные разногласия в вопросах газовых поставок. На этот раз в условиях, когда контрактная цена для Беларуси значительно превышает цены газа на европейском рынке (USD 127 за тыс куб м против USD 34-53 на спотовом рынке (источник)), беларуские власти вновь решили повторить опыт 2017 года, не доплачивая за поставленный газ и при этом отрицая наличие задолженности. Возникшие по мнению России недоплаты в сумме USD 166 млн (источник) беларуские чиновники объясняют низкой калорийностью поставленного газа (источник). Играет на руку беларуской стороне и провал с принятием стратегии развития ЕАЭС, которая была заблокирована казахской стороной из-за угроз для суверенитета, обусловленного существенным ростом полномочий ЕЭК (источник).

При этом очевидно, что повторение сценария выборов в формате 2010 года с последующим охлаждением отношений со странами ЕС и США увеличит потребность беларуских властей в российских ресурсах. Это существенно ослабит позицию Минска в интеграционных переговорах с Москвой, и в случае нарастания дисбалансов в экономике будет повышать готовность беларуских властей идти на компромисс по многим спорным вопросам.

Выводы

Неопределенность, связанная со сроками восстановления внешней конъюнктуры на товары беларуского экспорта, дополнилась неопределенностью, связанной со сменой Правительства и обострением политической ситуации в стране в преддверии президентских выборов. Возможный возврат к практикам ручного управления и охлаждение отношений с международными кредиторами усложнит задачу обслуживания внешнего госдолга и ослабит позицию властей страны в интеграционных переговорах с Россией.

Logo_руна