Мониторинг положения в области экономической безопасности Беларуси (ноябрь 2018 года)

1618

Загрузить документ в PDF

Риски финансовой нестабильности

В заявлении МВФ, обнародованном по итогам ноябрьского визита в Минск, в очередной раз указаны основные уязвимости беларуской экономики. Это слабая страновая и товарная диверсификация внешней торговли, значительный размер госдолга и высокий уровень долларизации экономики (источник). В контексте указанных слабостей по итогам ноября можно говорить о продолжающемся нарастании рисков в экономике.

Все больше оснований делать выводы об окончании периода устойчивого профицита на валютном рынке. Чистая продажа валюты населением последние месяцы демонстрирует значительное сокращение, а предприятия уже четвертый месяц формируют чистый спрос на валюту. Так, в ноябре чистая покупка валюты предприятиями-резидентами составила почти USD 95 млн, а чистое предложение со стороны населения упало до USD 10 млн.  Причиной этого стал рост девальвационных и инфляционных ожиданий в экономике (ожидаемая населением инфляция в ноябре составила 12,6% против 11,7% в августе (источник)), а также увеличение доходов населения и вызванный этим рост потребительской активности. Привлекательность рубля как средства сбережений также постепенно снижается. Уровень рублевых депозитов с учетом капитализации уменьшается два месяца подряд (суммарный расчетный отток за сентябрь-октябрь составил порядка BYN 60 млн (источник)), при этом отток валютных депозитов существенно замедлился. Так, с начала осени валютные депозиты населения сократились лишь на USD 33 млн при годовом падении более USD 580 млн (источник). В итоге доля рублевых вкладов в структуре сбережений населений прекратила расти и даже показала небольшое падение. Заметно ухудшились и показатели доступной рублевой ликвидности в банковской системе, ставки по межбанковским кредитам при этом несколько выросли. В итоге уже два крупнейших банка страны были вынуждены серьезно ограничить свою кредитную активность, приостановив жилищное и потребительское кредитование населения (источник). Замедление инфляции с 5,6% до 4,9%, наблюдавшееся по итогам октября, с высокой вероятностью может оказаться непродолжительным. Помимо некоторых товарных позиций, по которым ожидается ускорение роста цен по различным причинам (например, на сельскохозяйственную продукцию из-за плохого урожая, на бензин по причине текущей убыточности нефтепереработки), ценовое давление создаст и ожидаемое ускорение инфляции в России (источник). К тому же по некоторым оценкам не до конца проявилось инфляционное влияние ускоренного роста реальных доходов населения, увеличение которых с начала года значительно превышает уровень экономического роста и составляет 7,8% (источник).

Ситуация усугубляется тем, что возможности реагирования Правительства на возникающие проблемы существенно ограничены. Использование властями стандартных инструментов корректировки платежного баланса и финансовых рынков путем повышения ставки рефинансирования и ослабления национальной валюты будет иметь негативные политические, а также побочные экономические эффекты. В частности такие меры ухудшат и без того сложную ситуацию с плохими долгами в экономике и создадут дополнительное давление на бюджетные расходы, связанные с обслуживанием валютных долгов. Негативное влияние данные меры окажут и на уровень экономического роста. В результате власти продолжают по инерции посылать сигналы о планируемом ослаблении монетарной политики, не соответствующие складывающейся рыночной ситуации. Так, вновь заявляется о намерениях снизить в 2019 году ставку рефинансирования до однозначного уровня (источник).

Не удается властям реализовать и заявленные планы по сокращению внешнего госдолга. После привлечения очередных заимствований его уровень на 1 ноября превысил показатели начала года на USD 43 млн и достиг исторического максимума USD 16,8 млрд (источник). Правда стоит отметить и рост золотовалютных резервов, размер которых с начала года увеличился на  USD 125 млн до уровня USD 7,44 млрд (источник). При этом риски суверенного дефолта остаются незначительными: план Правительства по рефинансированию госдолга в среднесрочной перспективе выглядит вполне реализуемым. Так, в ближайшие 2 года власти планируют привлечь на внешних фондовых рынках порядка USD 2 млрд (источник). Часть этой суммы (USD 500 млн) ожидается получить путем размещения облигаций на новых для страны рынках: китайском и российском (источник). С Правительством России достигнута договоренность о выделении очередного кредита в размере USD 630 млн (источник). В случае экстренной необходимости власти могут выйти и на рынок еврооблигаций, присутствие на котором Беларуси пока незначительно. К тому же вновь актуализировалась разговоры о возможном возврате к программе МВФ, которое может произойти в 2020 году (видимо, после проведения президентских выборов). Таким образом, на текущий момент значительный размер госдолга в первую очередь проявляется через бюджетные риски из-за роста расходов на его обслуживание. Уже в 2019 году почти 14% расходов республиканского бюджета (около BYN 3 млрд) будет приходиться на погашение внешних долгов. По некоторым оценкам в период пиковых выплат по госдолгу, которые постоянно смещаются и сейчас приходятся на 2020-2021 годы, ежегодные расходы на его обслуживание достигнут 4% ВВП (источник).

Для борьбы с указанной проблемой власти разрабатывают концепцию сокращения госдолга. Предполагается за счет перераспределения бюджетных расходов достигнуть к 2025 году сокращения уровня госдолга с текущих 38-39% ВВП до 25% ВВП (источник). Стоимость госдолга также планируется несколько сократить путем рефинансирования заимствований, привлеченных по ставкам, существенно превышающим текущий рыночный уровень. В тоже время оценки того же МВФ относительно будущей динамики беларуского госдолга значительно более пессимистичны. Наблюдаемый рост госдолга Фонд объясняет существенным уровнем квазибюджетного дефицита – результатов исполнения бюджета с учетом расходов на докапитализацию и погашение долгов проблемных предприятий. С учетом таких операций общий бюджетный дефицит, рассчитанный по методологии МВФ, в текущем году увеличится с 0,7% до 1,5% ВВП, а в следующем может достичь 4% ВВП (источник).  При благоприятных внешних условиях речь может идти лишь о закреплении уровня госдолга на уровне 60% (МВФ в отличие от Правительства дополнительно включает в госдолг размер госгарантий). Для достижения же в среднесрочной перспективе целевого показателя долга в размере 50% ВВП, что является якорем, рекомендованным МВФ, потребуется постоянная корректировка бюджетных расходов в размере около 2% ВВП. Фактически это означает отказ от практики финансовой поддержки госпредприятий и повышение доходов бюджетников лишь на уровне инфляции. При актуализации же всех бюджетных рисков (отсутствие договоренности о компенсации потерь из-за налогового маневра в России, несбалансированный рост социальных расходов бюджета, вынужденное снижение акцизов на топливо и т.д.) рост внешнего госдолга может продолжиться.

Риски для экономического роста

Рост ВВП Беларуси по итогам 10 месяцев остановился на уровне 3,5%, что соответствует годовому плановому показателю Правительства. Замедление экономического роста объясняется исчерпанием факторов восстановительного роста, действовавших ранее.

Внешнеэкономическая конъюнктура впервые за несколько лет показывает устойчивую тенденцию ухудшения. Рост физического объема экспорта приостановился еще во втором квартале (источник). Суммовые показатели беларуского экспорта на ключевой российский рынок стагнируют уже 4 месяца подряд (источник). При этом даже скромный экономический рост в России находится под угрозой из-за возможного ужесточения санкций. Несмотря на рост экспорта, дефицит счета текущих операций в 2018 году вырастет и достигнет 2,5%. Негативно на результатах внешней торговли Беларуси отразится и начинаемый в 2019 году налоговый маневр в России. Только стоимость импортируемой Беларусью нефти вырастет на USD 360 млн (источник). Из позитивных факторов можно отметить достижение странами ОПЕК+ в начале декабря соглашения о сокращении добычи нефти. Данная мера должна стабилизировать нефтяной рынок и привести к некоторому росту нефтяных котировок.

Ослабляются и внутренние факторы экономического роста. Прирост инвестиций в основной капитал существенно замедляется (источник), что, видимо, связано с общим ростом неопределенности в экономике и переориентацией бизнеса на тактику выжидания. Сдерживать внутренний инвестиционный спрос будет и сокращение бюджетных расходов на экономику, которое в 2019 году должно составить 10%. На замедление роста потребительского спроса также влияет целый ряд факторов: это и более сдержанный рост доходов в 2019 году, и сокращение потребительского кредитования, и возможное ослабление национальной валюты.

В итоге сочетание негативных факторов по некоторым оценкам может привести к тому, что экономический рост в Беларуси в 2019 году вновь опуститься ниже потенциального уровня 2-2,5% в год (источник). Фактически это означает возврат к ситуации отставания по уровню экономического развития от большинства стран региона.

При этом возможность Правительства реализовывать даже заявленные преобразования, направленные на либерализацию экономических условий (например, декриминализация экономических преступлений и отмена указа о лжепредпринимательстве, проведении пилотных приватизационных проектов и др.), остаются под сомнением. Тем более все чаще оппонентом экономического блока Правительства выступают Администрация президента и Комитет госконтроля. Так, указанные органы фактически заблокировали часть либеральных изменений в Налоговый кодекс, предложенные Правительством (источник). Публичной критике подверглась и идея отказа от ареста за совершение налоговых преступлений, а также попытка Правительства снять с исполнения порядка 50 поручений президента (источник).

Риски экономической самостоятельности

Минимизация потерь, связанных с налоговым маневром в нефтяном секторе России, остается важным фактором сохранения финансовой стабильности и положительной экономической динамики. Только в 2019 году потери бюджета Беларуси из-за налогового маневра оцениваются на уровне USD 300 млн (эта сумма включает сокращение экспортных пошлин и акцизов на топливо (источник)). За весь же период осуществления маневра с 2019 по 2025 год потери для экономики Беларуси могут составить по разным оценкам от USD 8 до 11 млрд. Переговоры о выработке механизма компенсации данных потерь российской стороной пока не принесли результата. Открытым остается как возможный размер такой компенсации, так и способ ее предоставления. Если беларуская сторона хотела бы получить скидку в цене нефти, то российское Правительство склоняется к варианту межбюджетных трансфертов, которые впоследствии очевидно могут использоваться как рычаг экономического давления на Беларусь. Важность вопроса заставляет беларуские власти идти на некоторое обострение двухсторонних отношений. Александр Лукашенко в резкой форме публично дискутирует с Владимиром Путиным о неравных условиях хозяйствования в ЕАЭС, а беларуские чиновники среднего звена рассуждают о целесообразности нахождения Беларуси в экономическом союзе (источник). Принесет ли такая тактика результат станет ясно ближе к концу декабря, когда состоится очередная встреча Лукашенко и Путина.

Выводы

Напряжение в финансовом секторе постепенно нарастает, что обусловлено ростом инфляционных и девальвационных ожиданий населения. При этом возможности властей купировать возникающие риски существенно ограничены по политическим и экономическим причинам. Экономический рост продолжает замедляться из-за ухудшения внешних условий и замедления инвестиционной активности. Важнейшим фактором, определяющим состояние национальной экономики в будущем году, является получение компенсации потерь от проведения налогового маневра в нефтяном секторе России.

Logo_руна