Отношения с Литвой и Польшей: безопасность под вопросом

924

Вы прочитаете этот материал за 6 минут

Для небольшого государства хорошие отношения с соседями являются одним из важнейших условий обеспечения его военно-политической безопасности. Даже гипотетически едва ли можно представить возникновение угроз такого рода в отсутствие общей границы, если речь не идет о выполнении союзнических обязательств или наказании за поддержку международного терроризма.

Непредвзятый анализ показывает, что главная опасность для нашей страны содержится в сложившемся формате взаимодействия с Россией. Однако беларуские власти постоянно декларируют, что наибольшую угрозу представляет поведение Польши и Литвы.

Напомним, что первоначальной причиной ухудшения отношений с Варшавой стало ее стремление вступить в НАТО, организацию, которая в силу сохранившегося здесь советского менталитета продолжала рассматриваться в качестве главного врага.

Варшава открытым текстом обвинялась в намерении вернуть «восточные земли». Депутат Палаты представителей Сергей Костян в 1998 году пугал жителей Беларуси: «Если Польша войдет в НАТО, а она войдет, мы можем превратиться в польские земли». По его мнению, предполагалось использование следующего механизма: «Если Беларусь не пожелает входить в НАТО и будет оказывать какое-то сопротивление, Запад пойдет на то, чтобы спровоцировать конфликт на территории Гродненской и Брестской областей, а потом, в защиту своих граждан, ввести войска НАТО»[1].

Подобной логике соответствовали также действия официального Минска, начавшего осуществлять давление на Союз поляков Беларуси из опасений нелояльности граждан страны польской национальности. Что, естественно, усугубило конфронтацию.

Судя по всему, беларуское руководство не было знакомо с мнением знаменитого американского политолога Збигнева Бжезинского, высказанным еще до озвучивания таких страхов: «Любой здравомыслящий поляк понимает, что если Польша начнет двигаться в направлении Гродно и Новогрудка, ей вскоре придется распрощаться со Щецином и Вроцлавом»[2].

Что касается Польши, то ее беспокоили тесные связи Минска и Москвы в военной сфере, в первую очередь, регулярно проводимые на беларуской территории совместные маневры с откровенно антизападной направленностью.

Надо признать, основания на то у нее были, так как Кремль не только постоянно ужесточал свою риторику, но и использовал такие акции в практических целях, подрывая региональную стабильность. Российско-грузинской войне предшествовали стратегические учения российских вооруженных сил «Кавказ-2008», а внезапная проверка боеготовности российских войск на границе с Украиной перешла в аннексию Крыма и дестабилизацию ситуации на Донбассе.

Поэтому польские власти стремились обеспечить свою безопасность посредством размещения в стране иностранных воинских контингентов, как в рамках НАТО, так и на основе двустороннего сотрудничества с США, что вызывало в Минске большое недовольство.

В последнее время ряд обстоятельств, прежде всего упомянутая российская агрессия против Украины, привел к тому, что взаимная настороженность несколько снизилась, и в минувшем году в Варшаве даже состоялись два знаковых мероприятия.

Сначала в рамках развития «пояса добрососедства» прошли переговоры представителей генеральных штабов армий Беларуси, Литвы, Польши и Украины, посвященные укреплению доверия и безопасности. А затем высокопоставленные представители Совбеза и МИД РБ провели встречу с руководством польского Бюро национальной безопасности, а также обсудили ситуацию в Центральной и Восточной Европе и возможные механизмы обеспечения стабильности с коллегами из Польши и Украины и помощником президента США по национальной безопасности Джоном Болтоном.

Однако поскольку после президентских выборов в Беларуси польское руководство активно поддержало начавшиеся массовые протесты, все достижения были мгновенно забыты.

В частности, вновь возникла тема захватнических планов Польши. 22 августа Лукашенко заявил: «На западной границе неспокойно, бряцают оружием, угрожают, открыто вмешиваются во внутренние дела нашего суверенного государства. Кто-то даже, потирая руки (я это знаю точно), вспоминает про «Усходнiя крэсы»». Военным было поручено принять «самые жесткие меры по защите территориальной целостности нашей страны».

В сентябре Лукашенко встретился с министром обороны России, после чего эксперты пришли к выводу, что Москва станет наращивать свой воинский контингент на территории нашей страны, только не путем создания военных баз, а почти непрерывным проведением учений, в ходе которых российские войска все равно будут находиться здесь постоянно.

Со своей стороны, 9 ноября Варшава подписала с Вашингтоном соглашение о расширенном военном сотрудничестве. В соответствии с ним в Польше должна быть создана инфраструктура, способная при необходимости принять не менее 20 тысяч военнослужащих. Ее основная задача – упрощение переброски крупных частей американской армии в страны восточного фланга НАТО.

Вильнюс, как и Варшава, считает российскую агрессию весьма вероятной и проводит практически такую же политику. В Литве также размещается батальон НАТО, периодически проводятся учения Альянса. Единственное отличие – там пока не планируется размещение чисто американских сил.

Вопреки постоянным ламентациям беларуских властей, принимаемые Польшей и Литвой меры никак не связаны с внутриполитическими событиями в нашей стране. Тем не менее, нельзя отрицать, что в условиях усиления противостояния существенно возрастает риск возникновения конфликта в результате некоей случайности, не говоря уже о провокациях. С учетом возможного вовлечения в него больших игроков последствия могут оказаться исключительно серьезными.

Как известно, безопасность государства не ограничивается военной компонентой, она включает в себя и другие важные составляющие, например, экономическую. К сожалению, и в этом плане отношения с Польшей и Литвой не дают оснований для оптимизма.

Например, конфликт с Вильнюсом по поводу беларуской атомной электростанции, против строительства которой тот категорически возражал, привел к отказу европейцев покупать у РБ электроэнергию, что вряд ли может способствовать улучшению ее экономического состояния.

Литва также заблокировала формализацию сотрудничества Беларуси с ЕС, тем самым ограничив ее возможности в проведении более диверсифицированной внешней политики, чтобы хотя бы отчасти ослабить критическую зависимость от России.

Минск тоже пытается наказать Вильнюс и Варшаву экономически за занятую ими позицию в отношении происходящего в Беларуси. Им было обещано: «Вот мы им сейчас покажем, что такое санкции. Если они еще в Китай и Россию через нас (поляки и литовцы) барражировали, сейчас они будут летать или через Балтику или Черное море торговать с Россией и прочее»… «Я поручил правительству внести предложение о переориентации всех торговых потоков с портов Литвы на другие. Вот мы и посмотрим, как они будут жить.»

В случае реализации этих проектов потери соседей действительно могут оказаться достаточно существенными. Есть, правда, подозрение, что при этом сама Беларусь пострадает еще сильнее, некоторые экономисты даже называют подобные меры «самострелом»…

В целом вывод неутешителен: сегодняшнее состояние отношений Беларуси как с Польшей, так и с Литвой никоим образом не способствует укреплению ее безопасности. Что еще печальнее, в силу специфики нынешнего беларуского режима шансов и на хотя бы мало-мальски заметное улучшение ситуации в обозримом будущем практически не просматривается.

Впрочем, если в результате перемен в стране во власти окажутся здравомыслящие и, главное, национально ориентированные люди, то большинство существующих противоречий, за исключением разве что АЭС, может быть разрешено достаточно быстро.

[1] Военное обозрение БелаПАН, № 12, март 1998

[2] З.Бжезинский. О старых проблемах новой Европы. Народная газета, 19.8.94

Logo_руна