Почему украинская победа не предопределена

1024

Вы прочитаете этот материал за 9 минут

После взятия Херсона русско-украинский фронт стабилизировался. Однако российские атаки на украинскую инфраструктуру достаточно эффективны, а Киеву грозит затяжная война. Выиграть которую без качественного изменения объема помощи со стороны США он может и не в состоянии.

Освобождение Херсона, которое произошло в первой половине ноября, несомненно, является одним из крупнейших успехов Украины. Однако России удалось вывести большую часть своих сил. И дальнейшие украинские наступления находятся под вопросом. Хотя Украине с начала войны удалось освободить более половины территории, первоначально оккупированной русскими, это отнюдь не означает, что Киев будет успешен на протяжении всей войны. На это есть несколько причин.

1.Постепенное усиление сил России

В настоящее время благодаря проведенной мобилизации мы имеем дело с процессом усиления российских боевых возможностей. Мобилизованные солдаты не обязательно должны быть хорошего «качества», но они есть. И их можно использовать либо для латания дыр на фронте, либо для ударов по украинским силам. Даже если эти удары не очень эффективны, они все равно сковывают украинские войска, влекут определенные потери, расход боеприпасов, техники, усталость людей и т.д. Более того, параллельно Россия может сберегать лучше обученные и оснащенные силы для более спланированных операций.

Благоприятные с точки зрения Москвы последствия мобилизации были видны уже под Херсоном. Потому что именно благодаря привлечению (и потерям) «мобиков» удалось эвакуировать большую часть сил и средств на левый (восточный) берег Днепра. В результате чего Россия потеряла территорию, но отступление не обернулось катастрофой. А потери среди мобилизованных гораздо менее ощутимы, чем среди хорошо обученных контрактников.

Новые подразделения готовятся на российской территории (и их подготовка может быть лучше, чем у «мобиков», брошенных на разовые операции). А при необходимости может быть объявлен очередной этап «частичной» мобилизации.

Но что важнее — мобилизация затронула и российскую военную промышленность, которая способна снабжать армию агрессора пусть и не самой современной, но многочисленной техникой. И хотя российский ВПК находится под санкциями, он физически не поврежден. В отличие от  украинского. И даже имеет приоритет по поставкам различных комплектующих и рабочей силы. В какой-то степени российский ВПК может продолжать производство высокоточного оружия, благодаря ранее созданным запасам комплектующих. А также их закупкам/контрабанде из третьих стран.

Производимая продукция не обязательно должна иметь высокие параметры, важно, чтобы она работала.

2.Атаки на критическую инфраструктуру – «центр тяжести» Украины

Вторым элементом, влияющим на текущую активность, являются атаки на критически важную инфраструктуру Украины. Удары, проводимые с октября, сказываются на условиях жизни населения Украины, а также на возможностях восстановления экономики в освобожденных районах. Ситуация гораздо хуже, чем, например, в июле или августе, когда в Киеве или других районах, удаленных от линии соприкосновения армий, жизнь протекала «почти нормально». Хотя на первом этапе войны (февраль, март, апрель) удары России были достаточно обширны, они не были эффективны до такой степени, чтобы повлиять на всю операцию. Что, конечно, во многом связано с украинской ПВО.

Разрушение инфраструктуры ухудшает положение населения и затрудняет или даже делает невозможным восстановление экономики. Но в долгосрочной перспективе также окажет давление на украинскую армию. Потому что логистическая система всей страны напряжена и ее возможности обязательно придется направлять на снабжение населения. А это должно затруднить ремонт техники, обучение новых солдат, координацию подразделений и т. д. Не говоря уже о том, что в долгосрочной перспективе разрушение инфраструктуры может сказаться на моральном состоянии населения Украины. Пока он остается высоким, что позволяет сохранять сопротивление. Но останется ли он таким через несколько месяцев/лет, особенно когда потери будут увеличиваться, а добиваться новых успехов на фронте будет все труднее? Тут можно сомневаться. А русские непременно сделают ставку на войну на истощение, предполагая, что их способность выносить потери (людские, в технике и экономические) выше, чем у Украины. А тех немногих российских граждан, которые рискнут выступить против, наверняка уже ждут в каторжных колониях в Сибири. Тем более, что на фронте гибнут тысячи заключенных.

3.Расход боеприпасов

Другой вопрос – использование снаряжения и боеприпасов, поставляемых в Украину странами Запада, в том числе США. О том, что продолжать помощь в нынешних масштабах без истощения собственных оборонных возможностей сложно, все громче говорят и в Вашингтоне, и в европейских столицах. Примеров много, но можно упомянуть артиллерийские снаряды «Экскалибур», сыгравшие ключевую роль в освобождении Херсона. Вероятно, Украина получила от США около 3,5 тыс. таких боеприпасов. А всего для нужд вооруженных сил США было произведено около 16 тыс., включая те, которые уже были использованы в Афганистане, Ираке и на учениях. Таким образом, становится ясно, что значительная часть ресурсов, находящихся в распоряжении НАТО и США, уже передана Украине (в отдельных видах вооружений).

Конечно, готовится расширение мощностей и производственного потенциала, а также поставка продукции не со складов, а с нового производства. Однако этот процесс предполагается долгосрочным еще и потому, что производство современных боеприпасов, и в частности высокоточных боеприпасов, предполагает использование относительно длинных цепочек поставок, в том числе труднодоступных компонентов, таких как полупроводники. А возможности для перехода на «военное» производство в основном строятся только сейчас, потому что раньше не предвиделась необходимость быстрого роста производства.

4.Ограничения на военную помощь и их влияние на операции

Еще одним фактором, сдерживающим продвижение украинской стороны, являются ограничения в военной помощи. Это следствие опасений США и союзников реакции России, неконтролируемой эскалации конфликта, применения ядерного арсенала и т.д. Украина получает действительно большие объемы артиллерийских боеприпасов, в том числе современных — высокоточных, стрелкового оружия, средств связи, приборов и т.д. Но о ракетах с дальностью 200-300 км (ATACMS) или западных истребителях пока не может быть и речи. А эти элементы необходимы для перевода боя в «оперативную глубину». Другими словами, чтобы иметь возможность изолировать поле боя и отрезать российские войска на фронте от снабжения. Такие возможности будут особенно важны сейчас, когда Россия, благодаря мобилизации своего населения и экономики, сможет заполнить фронт массами техники (даже старой, но не только, надо быть готовым к тому, что производство вооружения продолжится) и людей.

Операция по изоляции поля боя уже однажды успешно проводилась в Украине с использованием РСЗО HIMARS с ракетами GMLRS с дальностью действия до 85 км. Правда, в специфических условиях. Ведь снабжение российской группировки на правом (западном) берегу Днепра зависело от переправ/мостов через реку, которые находилась в зоне досягаемости украинских ракет. Но сейчас без оружия с большей дальностью повторить это будет сложно, т.к. местность на Запорожье или Донбассе все же выгоднее с точки зрения снабжения российской армии. Неслучайно из США раздавались голоса о том, что Россия и Украина должны сесть за стол переговоров после освобождения правого берега Днепра.

Оценка текущей ситуации показывает, что успехи Украины, достигнутые в последние месяцы, повторить будет сложно. На Харьковщине, помимо очень хорошей разведки и использовавшейся украинцами тактики, слабость российской обороны имела решающее значение для быстрого продвижения украинских войск. Отчасти это было связано с тем, что многие наиболее ценные части были переброшены в Херсон, где не могли эффективно снабжаться и теряли боеспособность. Для повторения таких успехов на других направлениях Украине нужна была бы способность регулярно и точно наносить удары (не одиночными ударами беспилотников, а залпами высокоточных ракет, уничтожающих даже возводимую инфраструктуру) хотя бы по Крыму, Азовскому морю и государственной границе с Россией. Но политического решения о такой помощи пока нет.

Западные самолеты также помогут Киеву не только в защите собственного воздушного пространства, но и в борьбе с российскими войсками с помощью высокоточного оружия. Ни для кого не секрет, что если бы у Украины было несколько эскадрилий F-16 с даже легкими бомбами класса SDB и ракетами Maverick, отступление русских из Херсона могло бы выглядеть совсем иначе.

Все эти факторы означают, что возможности Украины добиться успеха в ближайшие месяцы могут быть все меньше и меньше. И в то же время она будет находиться под давлением мобилизованной армии и российской экономики.

Объявленную Москвой мобилизацию нельзя недооценивать. На начальном этапе войны казалось, что Россия, несмотря на свои поражения, не решится на этот шаг из-за опасений социального сопротивления. Мобилизация есть, а сопротивления почти нет. Российское общество, судя по всему, готово жить в неосталинском государстве и отдать жизнь за «Великую Россию». Мы должны помнить, что вооруженные силы России (даже несмотря на свои слабые стороны) являются лишь одним из элементов военной системы Москвы. А ее основу составляют общество и все государство. И пока, к сожалению, тут все хорошо — достаточно хорошо, чтобы выдержать военные действия, несмотря на гигантские потери.

С другой стороны, нужно помнить, что Украине не раз удавалось приятно удивить западных военных и аналитиков своей стойкостью и эффективностью армии. Российское общество в какой-то момент может рухнуть, а война по своей природе непредсказуема. Но пока Россию нельзя упускать из виду, поскольку в ее действиях последнего времени прослеживается определенная логика и попытка (может быть, не «сегодня» и не «завтра») вернуть себе инициативу в конфликте. Чтобы этого не допустить, было бы целесообразно расширить объемы помощи для Украины — не столько в количественном отношении, потому что здесь делается очень много, сколько качественно, помогая компенсировать приток русской «солдатской массы» на фронт и поддержку со стороны экономики, которая ограничена санкциями. Но в отличие от украинской физически не затронута. В то же время военным в НАТО или США приходится готовиться к различным сценариям, в том числе и менее благоприятным. Типа замораживания конфликта или даже очередного наступления России.  Потому что, хотя экономический и даже демографический потенциал России сегодня меньше, чем на 23 февраля, ее политическое руководство определенно более решительно готово положить на алтарь войны гораздо больше, чем до этого. И (российское) общество пока с этим мирится.

Поэтому нельзя недооценивать Россию, нужно помогать Украине, и в то же время укреплять собственную обороноспособность.

С незначительными сокращениями.

Якуб Паловский, Defence24.pl

Logo_руна