Положение в области экономической безопасности (август 2015 года).

1022

Загрузить документ в PDF

Риски финансовой нестабильности.

Событием августа, безусловно, стало очередное серьезное ослабление беларуского рубля. На этот раз девальвация проходила по непривычному для населения и бизнеса сценарию. На фоне рекордного падения цен на нефть и связанного с этим резкого ослабления российского рубля власти не стали ждать, пока дисбалансы во внешней торговле и на финансовом рынке достигнут критического уровня, и приняли решение отпустить национальную валюту в относительно свободное плавание. В итоге в течение месяца курс беларуского рубля упал на 15%. Стабилизация на валютном рынке наступила только после того, как произошел разворот по нефти и российскому рублю. В целом нужно отдать должное властям и признать прошедшую девальвацию наиболее успешной с точки зрения сохранения относительного баланса на финансовых рынках. Безусловно, по итогам августа будет зафиксирован и отток депозитов (по некоторым данным более чем на 10% (источник)), и чистый спрос на валюту со стороны населения. Но в тоже время Нацбанк потратил на погашение паники сравнительно немного ресурсов и не допустил критического падения золото-валютных резервов (далее по тексту ЗВР) (последние за месяц сократились лишь на 2,3%). Регулятору пока удалось не допустить и резкого роста ставок по рублевым депозитам (они остались на уровне 28-30%), который традиционно сопровождал предыдущие набеги вкладчиков на банки. Возникший сравнительно небольшой дефицит рублевой ликвидности (около Br 3 трлн.) Нацбанк восполнил с помощью инструментов рефинансирования, что не допустило рост ставок на межбанковском рынке (они остановились на уровне около 30%). Также были предприняты меры для сдерживания повышенного роста на рублевые кредиты: как административного (использованием «телефонного права»), так и рыночного (повышение нормы резервирования по депозитам населения с 7% до 8% (источник)) характера. В итоге к началу сентября ситуация на финансовых рынках в целом вошла в привычное русло, хотя беларуский рубль и продолжил демонстрировать колебания вслед за российским. С одной стороны, быстрое успокоение рынка во многом обусловлено стабилизацией и некоторым обратным укреплением российского рубля. С другой стороны, благодаря жесткой политике властей в экономике не было накоплено ранее традиционных проблем. Сальдо торгового баланса фиксируется на положительном уровне: за июнь общеторговое сальдо составило более USD 290 млн. (источник), и, судя по статистике торговли товарами за июль, продолжает сохраняться на положительном уровне. Дефицит платежного баланса упал до равновесного для нашей страны значения (до 2% ВВП против 7,1% ВВП за аналогичный период 2014 года (источник)), кредитование экономики сокращается даже в номинальном выражении (задолженность по рублевым кредитам упала на 2% с начала года, по валютным – на 3,2% (источник). На низком для страны уровня находится и инфляция (за июль составила лишь 0,2% (источник)), что в глазах вкладчиков должно несколько компенсировать падение валютной доходности рублевых депозитов. Свою позитивную роль отыграла и курсовая политика властей, когда в течение всего года колебания курса рубля были для беларуской экономики непривычно сильные и разнонаправленные. В итоге ожидания однонаправленного роста курса доллара в настоящее время не настолько сильны, как были большую часть суверенной истории.

При всех своих положительных моментах прошедшую девальвацию никак нельзя назвать безболезненной, поскольку она создает и существенные риски. В первую очередь это касается рисков для банковской системы и экономического роста. Рублевая переоценка задолженности по валютным кредитам, которые на начало августа уже составляли почти 65% кредитных долгов госпредприятий и более 75% частного сектора, грозит ухудшением финансовой ситуации (вплоть до банкротства) для значительной части валютных заемщиков. Это в свою очередь приведет к росту плохих долгов в банковской сфере и ухудшит перспективы восстановления экономического роста. Очевидно, под наибольшим давлением окажется малый и средний бизнес, ориентированный на внутренний спрос, поскольку госпредприятия в большинстве своем могут рассчитывать на тот или иной вариант государственной поддержки.

Риски для экономической самостоятельности.

Продолжают сохраняться существенные риски для ЗВР страны, которые по итогам августа сократились на USD 104,8 млн. (источник) Так, по планам властей в 2016 году на обслуживание внешнего госдолга планируется потратить USD 3,2 млрд., из которых только половину предполагается рефинансировать (источник). Наиболее перспективным на текущий момент источником такого рефинансирования является новый кредит Евразийского фонда стабилизации и развития (бывший АФ ЕврАзЭС), сумма которого может составить USD 2-3 млрд. Судя по интенсивности переговоров и с учетом политического фона (в частности потенциального размещения российской авиабазы в Бобруйске), даже несмотря на некоторые замечания со стороны фонда решение по выделению кредита вполне может быть принято к концу года. Председатель Нацбанка Павел Каллаур заявляет о серьезных планах и по новой программе с МВФ, однако судя по позиции властей относительно структурных реформ ее вероятность все же невысока.

Еще одним источником решения проблемы недостаточных ЗВР могла бы стать приватизация. Но в августе Александр Лукашенко в очередной раз продемонстрировал свою неуступчивость в этом вопросе, заявив о готовности приватизировать Минский завод колесных тягачей, уже входящий в т.н. перечень интеграционных проектов, лишь за сумму не менее USD 3 млрд. Такая стоимость актива в 10 раз превышает даже оптимистические его оценки, даваемые ранее (источник), и полностью блокирует реальные шансы на его продажу.

В августе произошло очередное расширение ЕАЭС, на этот раз за счет присоединения Кыргызстана. Формально эта страна стала полноправным членом союза, но на практике некоторое время еще будет действовать переходный период, предполагающий более низкие импортные пошлины для Киргизии на широкий круг товаров (источник). Интересно, что в связи со вступлением в ВТО снизил пошлины и Казахстан (источник). В связи с этим вводятся защитные меры на ввоз некоторых товаров из Кыргызстана и Казахстана, предполагающие доплату пошлин в стране назначения груза. Теоритически такая ситуация грозит увеличением серого импорта в Беларусь, но учитывая удаленность среднеазиатских стран существенного уровня он вряд ли достигнет.

Риски экономического спада.

В части экономического роста продолжает наблюдаться ухудшение ситуации: спад ВВП ускорился до 4% по итогам января-июля по сравнению с минус 3,3% месяцем ранее (источник). Однако стоит отметить, что такое ускорение не вполне отображает реальное положение вещей из-за позднего старта сбора урожая и соответственно искажения статистики по сельскому хозяйству. Наоборот, власти проявляют сдержанный оптимизм в частности по ситуации в промышленности, отмечая небольшой прирост производства в ней уже второй месяц подряд (падение промпроизводства затормозилось до 7,2% после 7,4% в июне и 7,7% в мае) и незначительное сокращение складских запасов. Насколько эта тенденция устойчива, и не развернет ли ее ухудшение ситуации на российском рынке, покажет статистика ближайших месяцев. Резкого же улучшения ситуации, судя по всему, не ожидают уже и сами чиновники. Так, Министр экономики Владимир Зиновский увязывает возможность выполнения прогноза по росту ВВП с необходимостью дополнительного увеличения экспорта на USD 1,3 млрд. (источник), что в текущих условиях крайне маловероятно. Прогнозирует падение ВВП по итогам года и Институт Минэкономики, оценивая его величину в 2,8% (источник).

В августе были публично обнародованы первые прогнозы властей по экономическому росту на следующий год. Так, в 2016 году власти планируют прирост ВВП на 1,1%, а в 2017 – на 3,1%. При этом при расчете прогноза закладываются такие параметры как курс российского рубля 55 за USD, а стоимость нефти 70 USD/баррель. Указанный рост предполагается достичь за счет увеличения экспорта на 24%, а также освоения согласованных инвестиционных ресурсов, в первую очередь китайских. Определенные надежды также связаны с удешевлением кредитных ресурсов, которое будет достигнуто за счет уменьшения инфляции. Правда в этой части сверхпланы власти не строят, и ожидают падения ставки рефинансирования лишь до 18-22% с нынешних 25%, а инфляции до 12% (источник).

Судя по заявлениям членов Правительства, сохранится в 2016 году и жесткая бюджетная и монетарная политика. Ресурсы на финансирование госпрограмм будут сокращены, а приоритетом останется инфляция (Правительство для этого даже разработало специальную антиинфляционную программу) и экономия ресурсов для обслуживания внешних обязательств. Вопрос только в том насколько получится проводить такую политику в условиях, например, затягивающейся рецессии в России. А. Лукашенко раз за разом продолжает заявлять, что главной задачей для властей на текущий момент является сохранение промышленного потенциала, который пусть и не на полную мощность, но должен продолжить работать даже в кризисных условиях (источник). Достаточно высока вероятность, что при дальнейшем сокращении внешних рынков власти все-таки будут вынуждены пойти на послабления для реального сектора и запустить эмиссионные и бюджетные инструменты его поддержки. Вполне ожидаемо и активное использование административных мер, направленных на защиту внутреннего рынка и поддержку конкретных отраслей. К первым ласточкам такой политики можно отнести нашумевшие меры по поддержке алкогольной промышленности и постановление №666, существенно ужесточающее требования к санитарному контролю импортируемой продукции.

Выводы.

Серьезные риски для национальной валюты продолжают сохраняться. Они связанны с возможным, пусть и временным, снижением цены на нефть и дальнейшим ослаблением российского рубля. В случае развития ситуации по неблагоприятному сценарию, давление на депозитно-кредитный рынок и валютных заемщиков продолжит возрастать. Сохраняется вероятность возникновения валютной и банковской паники в случае шоковых событий на российском рынке. При таком развитии ситуации властям придется срочно изыскивать дополнительные кредиты, поскольку размер ЗВР остается невысоким. При улучшении ситуации на рынке нефти или ее сохранении на текущем уровне (что, судя по консенсус-прогнозу, все же более вероятно), главной проблемой для властей будет экономический рост. После исторического решения отпустить курс рубля в предвыборный период, можно было бы ожидать более позитивного отношения высшего руководства страны и к иным мерам рыночного характера. Но пока таких подвижек не наблюдается, и магистральной линией остается дотянуть до конца кризиса без принципиального изменения экономической системы.

 

 

Logo_руна