Положение в области экономической безопасности Беларуси (февраль 2017 года)

2095

Загрузить документ в PDF

Риски финансовой нестабильности

Ускорить согласие Беларуси на предлагаемый компромиссный вариант может и ситуация с обслуживанием внешнего госдолга. Нельзя не признать, что пока власти успешно справляются с этой задачей и своевременно обслуживают госдолг, при этом даже обеспечивают небольшой рост золотовалютных резервов (далее по тексту ЗВР) (+ USD 57,8 млн., или 1,2% за январь (источник)). В условиях фактической заморозки внешнего финансирования (очередной транш кредита Евразийского фонда стабилизации и развития, ожидаемый уже с октября, так и не предоставлен, а переговоры с МВФ поставлены на паузу) главным источником закрытия потребности в валюте стал внутренний рынок. Так, за февраль Нацбанк и Минфин суммарно привлекли путем выпуска облигаций внутри страны порядка USD 420 млн. (источник) В свою очередь избыток валюты на внутреннем рынке по-прежнему наблюдается в результате действия двух факторов: во-первых, из-за сохранения ситуации чистой продажи валюты населением (последняя за январь выросла и составила USD 131 млн. (источник)). Во-вторых, по причине наличия избыточных валютных ресурсов у банков из-за сокращения кредитования и роста валютных депозитов. Однако сохранение этих факторов в дальнейшем является маловероятным (так, небольшой рост спроса на банковские валютные кредиты наблюдался уже в январе), и кроме того злоупотребление ими негативно сказывается на экономическом потенциале. Обязательства же Правительства остаются существенными, и их обслуживанием потребует рефинансирования за счет внешних источников. Так, по данным агентства Fitch валовые потребности во внешнем финансировании Беларуси составляют 146% ее ЗВР, что входит в число самых высоких показателей среди стран с развивающейся экономикой. Чистый же внешний долг (55% ВВП) и обслуживание внешнего долга (23% от текущих платежей в иностранной валюте) в два раза превышают соответствующие показатели для медианы «B», т.е. для стран с аналогичным беларускому кредитным рейтингом (источник).

Важным событием месяца стало совещание у Александра Лукашенко с участием Правительства и отдельных экспертов, традиционно считающимися сторонниками мягкой монетарной и бюджетной политики. Очевидно, данное совещание стало результатом давления на Лукашенко критиков жесткой политики Правительства из числа руководителей реального сектора и чиновников старой гвардии. Главный тезис последних состоит в том, что именно действия Правительства по ограничению госрасходов и директивного кредитования усиливают влияние внешних факторов и углубляют экономический спад в стране. Исправить же ситуацию предполагается за счет политики целенаправленной эмиссии, валютного регулирования и преференций для госпредприятий (источник). Однако по итогам совещания эффект оказался противоположным: А. Лукашенко заявил, что Правительство и Нацбанк должны проводить политику исходя из своего видения ситуации и фактически предоставил карт-бланш на сохранение сдержанной политики. По заявлению А. Кобякова, Правительство не будет прибегать к эмиссионным источникам финансирования госрасходов, а рост доходов населения будет только в случае роста эффективности экономики (источник). Не будут экономические власти и форсировать процесс снижения ставок в экономике, синхронизируя этот процесс не только со снижением фактической инфляции, но и с изменением инфляционных ожиданий. Указанные заявления подтверждаются и статистическими показателями: размер рублевой денежной массы в январе сократилась на 6,7%, уровень средней зарплаты вновь упал после декабрьского пика (до USD 370 против USD 408 месяцем ранее) (источник).

Фактически можно констатировать, что проявление негативных побочных эффектов ужесточения денежно-бюджетной политики не привели к развороту политики властей. Соответственно опасения многих экспертов пока не оправдываются и риски смягчения монетарной политики остаются невысокими. Впрочем, полностью исключать их рост в будущем также не стоит, в особенности в случае дальнейшего ухудшения социально-экономической ситуации в стране и нарастания протестного движения в регионах.

Риски экономического спада

Если политика властей в области обеспечения валютной стабильности и снижения инфляции (последняя в январе в годовом исчислении опустилась до 9,5% (источник)) показала свою эффективность, то выработать действенные меры по повышению экономического потенциала и достижения экономического роста Правительству пока не удается. В январе вновь зафиксирован экономический спад, в этот раз на уровне 0,5% (источник). Достигнутый существенный рост в промышленности (+5,9%) стал возможен только за счет эффекта низкой базы сравнения (наиболее глубокий спад в промышленности наблюдался именно в начале 2016 года), который будет исчерпан к концу первого квартала (источник). После формального улучшения ситуации с плохими долгами в декабре 2016 года, которое стало возможно в результате передачи части банковских обязательств на баланс Агентства по управлению активами, в январе 2017 года вновь зафиксирован рост плохой задолженности в банковском секторе (до 13,3% против 12,8% месяцем ранее) (источник).

Политика Правительства в области реального сектора как и прежде представляет собой микс старых мер преференциальной поддержки отдельных предприятий и секторов (источник, источник), а также выработки многочисленных новаторских предложений. Так, в феврале широко обсуждалось предложение по закону о доверительном управлении госпредприятиями, которое по идее разработчиков фактически будет представлять собой проверку инвестора непосредственно в действии перед возможной приватизацией предприятия (источник). Составлен список из 19 госпредприятий для продажи доли частным инвесторам в 2017 году, при этом по части из них, по заявлениям чиновников, ставка сделана на китайских инвесторов (источник). В числе последних называются такие гиганты как БАТЭ и Гомсельмаш, при этом государство готово продать свою долю в размере лишь менее 50%. Улучшить бизнес-климат должна и декриминализация правонарушений в экономической сфере, предложенная Министром экономики Владимира Зиновского  (источник). Продолжает обсуждаться новая стратегия по управлению госсобственностью, в соответствии с которой предполагается уменьшить роль государства как оперативного управляющего, сосредоточившись лишь на роли собственника (источник). Заявляется и о готовности отказаться от системы перекрестного субсидирования в течение 2-3 лет (источник).

В тоже время все эти заявления и намерения пока не приводят к существенным изменениям в реальной экономической политике. Политической готовности нести неизбежные социально-экономические последствия перестроения экономической системы также не наблюдается. Нет никаких признаков и выстраивания новой системы социального обеспечения, потребность в которой возникнет в случае реорганизации предприятий госсектора.

Риски для экономической безопасности

Ключевым риском углубления экономического спада и угрозы финансовой стабильности все также остается неурегулированный нефтегазовый конфликт с Россией. Несмотря на многочисленные заявления чиновников, ситуация по-прежнему остается неразрешенной, а текущая недоплата Беларуси по контрактным ценам уже превысила USD 600 млн. (источник) С учетом же того, что официальная цена для Беларуси повышается Газпромом с 1 января и вовсе со USD 132 до USD 141 за тыс.куб.м. (источник), эта задолженность обещает расти еще быстрее. Ответные ограничения в поставке российской нефти, объем переработки которой в январе упал на 0,8 млн.тонн (источник), оказывают существенное давление на экономику Беларуси. Так, по заявлению Премьер-министра Андрея Кобякова из-за действия этого фактора ВВП Беларуси в январе 2017 года недобрал 1,5%. Худшие за последние 5 лет для начала года и результаты внешней торговли товарами в январе, дефицит которой составил USD 385 млн. (источник) При этом альтернативные поставщики нефти даже если и смогут обеспечить существенную загрузку беларуских НПЗ (например, за счет поставок азербайджанской или иранской нефти (источник)), то маржинальность переработки такого сырья будет существенно ниже переработки российской нефти. При этом арсенал потенциальных средств давления на Беларусь у российских властей далеко не исчерпан: одно только расширение пока точечных ограничений на импорт продовольствия может лишить Беларуси существенной доли экспортного дохода. Так, экспорт продовольствия в Россию в 2016 году составил USD 3,7 млрд. (источник), при этом третьей позицией по сумме продажи являлась говядина (USD 463,4 млн.), запрет на импорт которой из Минской области уже действует. В условиях отсутствия у Минска сильных контрмер дальнейшее затягивание конфликта выглядит непродуктивным, тем более российские чиновники заявляют о готовности к компромиссному варианту. Правда предварительным условием любых соглашений является признание Беларусью накопленного долга и его погашение, хотя на практике можно ожидать и вариант рассрочки по этой сумме.

Выводы

Ключевые риски как и прежде сконцентрированы в сфере обслуживания внешнего госдолга. И если на текущий момент власти успешно справляются с задачей за счет внутренних источников рефинансирования, то в дальнейшем необходимость активизировать переговоры с внешними кредиторами представляется неизбежной. В свою очередь такая необходимость может стать основой для урегулирования нефтегазового конфликта с Россией и активизации структурных преобразований в экономике.

Logo_руна