Положение в области экономической безопасности Беларуси (январь 2018 года)

2179

Загрузить документ в PDF

Риски финансовой нестабильности

На фоне устойчивого восстановления экономического роста можно констатировать исчерпание факторов, во многом определявших динамику ключевых показателей финансовой стабильности последние 2-3 года. В связи с этим в ближайшее время актуальным для властей становится не столько улучшение ситуации, сколько ее удержание на достигнутом уровне. Так, после исторически минимальной инфляции на уровне 4,6% в 2017 году планы на текущий год у властей более сдержанные: рост потребительских цен не должен превысить 6% (источник). Это обусловлено сразу несколькими объективными причинами, ключевой из которых власти считают существующий «навес» роста административных цен, связанный с планами правительства по повышению возмещения населением расходов на жилищно-коммунальные, транспортные и прочие услуги (источник). Рост нефтяных котировок в конце 2017 года сформировал существенный потенциал и для роста стоимости нефтепродуктов на внутреннем рынке. Выравнивание цен на бензин с российским рынком обеспечит их рост на 17% (источник). В тому же ослабление беларуского рубля к российскому, составившее за последние 3 месяца около 3,8%, нивелирует фактор понижательного влияния импортируемой инфляции.

При этом особое беспокойство вызывает опережающий рост средней заработной платы относительно уровня производительности (источник). Наибольшую диспропорцию динамика данных параметров показала по итогам декабря, средняя заработная плата в котором выросла на 19 % и практически достигла уровня BYN 1000. В январе 2018 года данный показатель скорее всего традиционно уменьшится, однако практика административного стимулирования зарплат скорее всего сохраниться на фоне новых требований Александра Лукашенко (источник).

Рост доходов населения уже негативно отразился и на состоянии внутреннего валютного рынка. По итогам декабря на рынке сложилась ситуация дефицита валюты, при этом впервые за 23 месяца чистая покупка в сумме USD 41 млн. была зафиксирована и по операциям населения (источник). Это подтверждает предположение Нацбанка, что существенный объем продажи валюты населением в последние 2 года был обусловлен желанием сохранить уровень потребления на фоне падения реальных доходов. Соответственно наблюдаемый рост доходов населения ознаменовал собой окончание периода, когда выкуп Нацбанком лишней валюты на внутреннем рынке был важным источником пополнения золотовалютных резервов (далее по тексту ЗВР) страны.

Резко изменилась и ситуация с ликвидностью в банковском секторе – после полуторалетнего периода избыточной ликвидности вернулась более характерная для Беларуси ситуация ее дефицита. Так, впервые с апреля 2016 года Нацбанк был вынужден принять меры по поддержке текущей ликвидности банков. Обусловлено это как ростом спроса на кредиты (в первую очередь рублевые, остатки по которым за год выросли на BYB 3,3 млрд., или 21% (источник)), так и стагнацией размера депозитов населения. Так, рублевые депозиты за год приросли лишь на 13%, что соответствует уровню текущей капитализации, при этом отток валютных депозитов превысил USD 510 млн., или 3,7%. Существенную роль сыграло и повышение Нацбанком нормы резервирования по валютным депозитам в январе с 15% до 17%, что сделано в рамках политики дедолларизации вкладов населения.

Изменение ситуации с ликвидностью привело к развороту ставок на всех сегментах денежного рынка. Так, максимальные ставки по рублевым депозитам населения выросли с 11,5% в декабре до 13% в конце января, ставки на межбанковском рынке по итогам января составили 10,5% в сравнении с 9,6% месяцем ранее. Повышение процентов наблюдается и по некоторым кредитным программам отдельных банков. В условиях недостаточной ликвидности меньше запланированного оказался спрос и на новые валютные облигации Нацбанка, стоимость которых также вынужденно выросла практически на 0,5 п.п. (источник).

В такой ситуации Нацбанк в конце января вновь принял решение о снижении ставки рефинансирования (с 11% до 10,5%) и ставок по постоянно доступным операциям предоставления ликвидности (с 12% до 11,75%). Хотя Нацбанк и обосновывает свое решение замедляющейся инфляцией, в текущих условиях такая мера выглядит идущей в разрез с рыночной ситуацией и может быть оценена как чрезмерное ослабление. В тоже время стоит учитывать, что у Нацбанка в случае нарастания рисков остаются серьезные рычаги повлиять на ситуацию с ликвидностью, например, с помощью обратного уменьшения норм резервирования.  К тому же, по мнению регулятора, текущая ситуация во многом обусловлена влиянием сезонных факторов.

При этом очевидно, что дальнейшее снижение ставки рефинансирования имеет очень незначительный потенциал. Возможное дно ее падения в 2018 году власти оценивают на уровне 9,5% (источник). Более существенная динамика ставки рефинансирования требует значительных подвижек в части повышения доверия к национальной валюте. Именно в этом направлении Нацбанк активизирует свою работу, предпринимая меры по либерализации валютного рынка. Так, вслед за сокращением нормы обязательной продажи валюты было принято решение об отмене целевой покупки валюты юрлицами и ограничении времени ее хранения, рассматривается вопрос о снятии запрета на открытие физлицами счетов в зарубежных банках. Наряду с мониторингом инфляционных ожиданий населения, Нацбанк начал выпускать и квартальные обзоры инфляционных процессов. Постепенное достижение поставленной задачи дедолларизации повысит чувствительность экономики к монетарным мерам Нацбанка и сделает ее более управляемой, а также будет способствовать росту предложения на валютном рынке со стороны населения, но уже на качественно иной основе.

Последнее особенно важно для пополнения на бездолговой основе размера ЗВР, уровень которых по итогам января продемонстрирует существенное падение на фоне погашения евробондов на сумму USD 800 млн. (источник). Пока же основными источниками их пополнения все также рассматриваются внешние и внутренние заимствования. Так, власти планируют очередное размещение евробондов в сумме USD 600 млн. (источник), в первом квартале ожидается получение 6-го транша кредита Евразийского Фонда стабилизации и развития на USD 200 млн. (источник), на внутреннем рынке за год планируется привлечь USD 400 млн.

При этом текущий уровень резервов является достаточным для исполнения внешних обязательств властей в среднесрочном периоде, что было позитивно оценено агентством Fitch и привело к повышению им кредитного рейтинга Беларуси с уровня B- до B. Так, если в 2014 году потребность во внешнем финансировании оценивалась агентством на уровне 223% от уровня международных резервов, то в настоящее время она составляет более скромные 101% (источник). Вместе с повышением места страны в рейтинге ОЭСР это должно позитивно отразиться на потенциальной стоимости новых долговых размещений на международных рынках.

Обратной стороной достигнутого размера ЗВР стал рекордный уровень внешнего госдолга Беларуси. Его уровень за 2017 год увеличился на 22,6% и к концу года по официальной статистике, не учитывающей размер госгарантий, достиг USD 16,7 млрд., или 30,7 % ВВП. Дальнейший его рост не только увеличивает риски из-за превышения предельно допустимого уровня, но и создает существенное давление на бюджет. Так, на обслуживание госдолга в 2018 году предстоит направить BYN 2,54 млрд. рублей бюджетных средств, что примерно на 25% больше, чем в прошлом году (источник).

Риски для экономического роста

После достигнутого по итогам 2017 года прироста ВВП на уровне 2,4%, потенциал для экономического роста в текущем году также оценивается достаточно позитивно. В особенности положительной динамике должен способствовать рост в мировой экономике в целом (+3,1%) и в экономиках основных торговых партнеров в частности (в ЕС +2,2%, в России +2,3%) (источник). Позитивным фактором является и существенный рост нефти, наблюдаемый в последние месяцы. Важными факторами роста власти Беларуси рассматривают и наращивание производства новыми и модернизированными предприятиями. Так, только выход на запланированные объемы производства легковых автомобилей Geely по расчетам Правительства должен обеспечить прирост ВВП на уровне 1 п.п. (источник).

Политическая важность задачи ускорения экономического роста вынуждает Правительство применять меры бюджетной и квазибюджетной поддержки госсектора, использование которых в начале года существенно активизировалось (источник, источник, источник). При этом часть расходов на поддержку предприятий машиностроения и легкой промышленности власти и вовсе засекретили (источник), и по некоторым расчетам они составили порядка BYN 800 млн. (источник). В тоже время меры по административному стимулированию доходов населения неоднозначно влияют на экономический рост: с одной стороны они поддерживают внутренний потребительский спрос, но с другой стороны негативно сказываются на финансовом состоянии предприятий и способствуют уходу чистого экспорта в отрицательную зону, что отрицательно влияет на динамику ВВП.

Однако даже достижение запланированного Правительством при благоприятных условиях роста на уровне 3,5% не уменьшает экономическое отставание от большинства соседних стран. При этом действия властей по повышению потенциала экономического роста все также носят ограниченный характер. Если меры по либерализации условий функционирования частного сектора должны принести позитивный эффект (хотя с высокой вероятностью достаточно ограниченный), то в части реформирования госсектора можно констатировать лишь негативную тенденцию. Так, судя по отсутствию новой информации, Правительство отказалось от широко обсуждаемой ранее идеи разделения функций государства как собственника и оперативного управляющего. Все также сверхжесткие условия (сохранение численности сотрудников, запрет на перепрофилирование, сохранение соцгарантий) выдвигаются по потенциальным приватизационным сделкам (источник). Вновь в публичной плоскости возникают волюнтаристские идеи борьбы с посредничеством (источник).

Риски в социальной сфере

Давление на бюджет со стороны внешнего долга и реального сектора вынуждает власти ограничивать социальные расходы. Так, в процессе исполнения бюджета 2017 года плановые расходы на финансирование социальной сферы были сокращены на BYN 488,7 млн., план по расходам Фонда соцзащиты — на BYN 399,6 млн. (источник). Одновременно с этим экономика испытывает трудности из-за устойчивого сокращения количества занятых, что серьезно ограничивает потенциал роста и создает проблемы для финансирования пенсионных расходов. В такой ситуации власти пытаются решить проблему привычным административным путем. Так, в январе был подписан декрет «О содействии занятости населения», призванный заменить вызвавший весной 2017 года широкие протесты декрет о тунеядстве. Основной идеей законодательного акта является определение списка трудоспособных не задействованных в экономике граждан и введение для них полной оплаты части социальных услуг, конкретный перечень которых пока не определен. Механизм работы декрета пока неясен, но он имеет все шансы стать причиной новой напряженности.

Выводы

По итогам января можно констатировать некоторое ухудшение ситуации в финансовом секторе, вызванное как исчерпанием фактора экономической рецессии, так и действиями по стимулированию доходов населения. При этом пока власти имеют достаточно инструментов управлять имеющимися рисками,  нивелируя их негативное влияние. В случае дальнейшего ослабления монетарной и бюджетной политики с целью стимулирования экономического роста риски будут постепенно нарастать.

Logo_руна