Ржавые до последнего болта: будущий основной боевой танк Европы.

1702
Иллюстративное фото

Равноценная замена стареющих европейских танков может оказаться нереальной.

После 2030 года будет списано нынешнее поколение «современных» западных основных боевых танков (ОБТ). «Современный» служит эвфемизмом. И немецкий «Леопард-2» и британский «Challenger-2», хотя и неоднократно модернизированы, к тому моменту будут в строю уже более полувека. Французский «Леклерк» и итальянский «Ariete» относительно новые, но страдают от конструктивных недостатков и, следовательно, вряд ли будут играть существенную роль в будущем.

Потенциал европейских ОБТ резко упал в последние десятилетия. Большие европейские государства значительно сократили свои арсеналы (ФРГ с около 5000 танков в 1985 году до 225 в 2014 году). Многие малые государства, как Нидерланды, вовсе отказались от своих ОБТ, предпочитая полагаться на союзников.

Хотя нынешний кризис в Украине вызывает вопросы по поводу дальновидности таких решений, факт остается фактом: эпоха крупных танковых соединений на поле боя закончилась. По крайней мере, на обозримую перспективу. Операционные и эксплуатационные расходы являются слишком высокими, а их полезность в будущем ограничена.

При этом необходимо обеспечить пехоте поддержку тяжелого вооружения на поле боя. Воздушная поддержка, в том числе с помощью БПЛА, может быть только частичным решением. «100 последних метров» до цели принадлежат пехоте, и она всегда будет нуждаться в тяжелой наземной технике. Соответственно, одной из основных функций любого будущего европейского ОБТ или тяжелого БМП будет огневая поддержка пехоты на поле боя.

Недавние конфликты свидетельствуют, что будущее поле боя будет иметь преимущественно урбанизированный характер. Тем не менее, эта «теология городских операций» отвлекает от основных задач, стоящих перед механизированной пехотой западных армий: достижение оперативного доминирования на широком театре военных действий, что остается основной целью в любом сценарии национальной/коллективной обороны.

Военные планировщики и политики не в полной мере учитывают эту необходимость. Преимущество в разведке позволяет более малыми силами достичь локального боевого доминирования, что лишь смягчает дилемму — даже умный кролик не может избежать своей участи, если лисиц окажется слишком много. Если есть слишком много вражеских подразделений, даже передовые технологии не могут обеспечить победу на поле боя.

Таким образом, стратеги должны надлежащим образом учитывать необходимость боевой машины, которая обеспечивает достаточную живучесть, мобильность и огневую мощь, а также эффективно действует на широком театре военных действий.

Ограничители.

В то время как такие концептуальные соображения, безусловно, важны, более фундаментальный вопрос еще не рассматривался: какие европейские государства были бы готовы финансировать разработку, производство и техническое обслуживание нового ОБТ? Ответ прост — никто!

Фаза исследования и разработки для боевой машины, предполагаемой к развертыванию в 2030 году должна быть запущена к 2020 году.  Однако, представляется весьма маловероятным, что политическое согласование проекта позволит начать работы вовремя. Ситуация с государственными бюджетами, низкое восприятие угрозы европейцами даже в свете кризиса в Украине не стимулируют европейских политиков начинать новый масштабный оружейный проект.

Вместо этого, европейские государства будут продолжать полагаться на «Challenger» и «Leopard» пока в них не проржавеет последний болт. Опасность заключается в том, что потенциал Европы по разработке, производству и обслуживанию новой тяжелой техники либо существенно уменьшится, либо же будет утерян вовсе. Даже если европейские государства, потом и примут  решение обзавестись новыми тяжелыми система ми вооружения, они могут оказаться в зависимости от мирового рынка с соответствующими последствиями в части расходов на производство и обслуживание бронетехники, а также оперативной и стратегической автономии.

Любое будущее транспортное средство будет почти наверняка базироваться на имеющихся колесных или гусеничных технологиях из-за дороговизны разработки новых. Кроме того, в целях обеспечения стратегической мобильности максимальный вес, скорее всего, будет в диапазоне 30-40 тонн.

В качестве возможного решения можно рассмотреть оснащение немецкой БМП «Пума» необитаемой башней (с тяжелым вооружением). Другим решением может быть оснащение необитаемой башней немецкого БТР «Boxer».

В конечном итоге выбор будет зависеть от того, смогут ли сторонники «урбанистического видения»  заставить замолчать тех, кто осмеливается выйти за рамки такого «богословия».  Первые при поддержке госфинансистов и политиков выступают за колесные решения. Вторые поддерживаются предприятиями ВПК и  могут только надеяться на более благоприятную экономическую ситуацию.

Независимо от выбранного варианта, критически важным остаётся обладание новой техникой адекватной боевой мобильностью, живучестью и вооружением.

Путь вперед.

Большая часть аргументации, представленной здесь (а также исторических свидетельств, особенно в период между Первой и Второй мировыми войнами) указывает на необходимость модульного подхода. Помимо дороговизны, серийное производство радикально новых разработок означает небольшие партии тяжелой бронетехники. Что ограничивает масштаб операций, в которых она может быть задействована и ставит вопрос угрозы  производственных ограничений (недостаток мощностей) в случае международного кризиса.

В случае БМП «Пума», её стандартное 25-мм орудие может быть заменено на необитаемую башню с пушкой большего калибра. Модульная конструкция техники со сменными компонентами позволит немецкой армии переоборудовать 370 БМП в танки. Обе конфигурации  (БМП и танк) высоко унифицированы, что позволит быстро переобучить экипажи.

Такое решение является привлекательным для многих европейских политиков. Это политически приемлемо, экономически эффективно и соответствует меняющемуся характеру войны. Тем не менее, следует подчеркнуть, что этот подход не универсален и не подходит для любой ситуации. Великобритания, выбравшая минимизацию своих танковых сил в годы до начала Второй мировой войны, служит ярким примером опасностей и рисков, связанных с таким решением. На протяжении всей войны британская армия не смогла развернуть танковые силы, сопоставимые по мощи с германскими.

Для того, чтобы избежать такого провала в будущем, военачальники должны надлежащим образом информировать лиц, принимающих политические решения, о последствиях различных вариантов закупок бронетехники. Политики должны обеспечить достаточные ресурсы для разработки и производства серийных боевых машин, которые могут быть модернизированы и произведены в больших количествах, если Европа не хочет оказаться неготовой в период кризиса. А то, что такой кризис будет- неоспоримо.

С незначительными сокращениями.

Полковник Бундесвера д-р Ферди Aкалтин, RUSI.

Logo_руна