Шпионский скандал: что будет дальше

1168

Вы прочитаете этот материал за 5 минут

Беларуско-украинский шпионский скандал, будучи сам по себе неприятным эпизодом двусторонних отношений, усугубляется информационной волной, поднятой в Украине. При этом объективный анализ подменяется громкостью заявлений.

О «документе». Крайним проявлением чего стало обнародование некоего документа, который якобы пытались передать украинскому журналисту Павлу Шаройко перед задержанием. История, кстати, более чем любопытная. И хотя некоторые украинские общественные деятели пытаются её использовать как подтверждение невиновности П. Шаройко и провокации в его отношении со стороны беларуских спецслужб, вопросов становится все больше. Причем, отнюдь не к мифической руке Москвы.

Распространяемая в Киеве версия заключается в следующем: во время встречи с П. Шаройко некий корреспондент российского телеканала НТВ попытался ему передать документы, выдаваемые за секретные. Украинский журналист отказался их принять, заподозрив провокацию. По дороге со встречи с российским коллегой П. Шаройко был задержан беларуским КГБ. Анализ украинских специалистов показывает, что документы, которые пытались передать Шаройко – сфальсифицированы. Что подтверждает факт необоснованности его задержания. А значит, П. Шаройко должен быть немедленно освобожден. А Беларусь должна принести извинения в связи с действиями своей контрразведки (источник).

Всё это очень интересно, но при этом не содержит ответа на очевидные и весьма важные вопросы:

  1. С кем именно встречался П. Шаройко: с реальным журналистом НТВ или лицом, которое выдавало себя за такового?
  2. С какой целью происходила встреча, т.е. в какой момент возник вопрос передачи документов (во время встречи или когда о ней договаривались)? И с чего российский «коллега» решил, что такая информация может заинтересовать П. Шаройко?
  3. Где именно происходила встреча российского и украинского журналистов? И почему П. Шаройко был задержан на обратном пути со встречи, а не в момент предъявления ему «документов»? Ведь в таком случае картинка получилась бы гораздо убедительнее. Или место встречи было за пределами зоны полномочий КГБ? Кроме личных и рабочих резиденций А. Лукашенко таковыми являются лишь дипломатические учреждения.
  4. Если П. Шаройко отказался принимать «документы», то как они оказались в Киеве?

Очень странным выглядят претензии с украинской стороны относительно того, что использованные в качестве наживки документы были фальшивыми. Неужели кто-то серьёзно рассчитывает, что КГБ взял бы на себя ответственность за риск утечки секретных данных, использовав настоящие документы? Да и для чего?

Ситуация весьма скользкая. И как часто бывает, обе стороны недоговаривают. Хотя при этом украинская больше демонстрирует эмоции, беларуская – хоть какую-то фактуру. Другое дело, что оценить её качество и адекватность интерпретации невозможно.

В чем настоящая проблема. Сама по себе разведывательная деятельность – рутинная и необходимая функция любого государства. Естественно, что в первую очередь привлекает внимание ситуация у тех, кто ближе – у соседей. Причем, вне зависимости от уровня военно-политических отношений. Даже союзники шпионят друг за другом.

Беларусь и Украина в этом смысле – не исключения. Ранее Александр Лукашенко публично признавал работу беларуской разведки в Украине (источник). Из Киева уже раздавались намеки, что беларуские сотрудники миссии ОБСЕ на Донбассе – несколько больше, чем просто международные чиновники. Логично предположить, что и украинские разведслужбы имеют интересы на территории Беларуси.

Задача контрразведки  (а КГБ – спецслужба универсальной компетенции) в том, чтобы контролировать активность иностранных разведок на собственной территории. Позволяя им получить то, что возможно формально и секретно, но не критически важно. И пресекая их деятельность в тех случаях, когда интересы иностранных коллег превышают некие приемлемые пределы.

То, что КГБ начал действовать жестко вместо того, чтобы, например, начать долговременную оперативную игру, косвенное свидетельство интереса украинского разведсообщества к вопросам, которые в Беларуси считают для себя критическими. Естественно, сути мы не узнаем. Но это ещё один признак полного отсутствия политического доверия между Киевом и Минском. Что для Беларуси, кстати, проблема гораздо большая, чем для Украины.

Что дальше. Никаких извинений Минск приносить не будет и П. Шаройко останется под стражей. КГБ проведет расследование в максимально сжатые сроки (насколько позволяют юридические формальности и обстоятельства дела). Уголовное дело будет передано в суд. И рассмотрено в закрытом заседании, что обычное явления для такого рода процессов. Связано это с тем, что во время судебного разбирательства могут оглашаться методика и тактика оперативно-розыскных действий, что отнесено к секретной информации. Приговор будет обвинительным, а срок лишения свободы — длительным. После чего беларуская и украинская стороны приступят к процедуре обмена своих разведчиков. Во время встречи 02.11.2017 в Абу-Даби Александра Лукашенко и Петра Порошенко этот вопрос обсуждался и есть соответствующая устная договорённость между руководителями двух стран. Для чего и понадобился «режим тишины», который украинская сторона не смогла выдержать до конца.

Обратим внимание на три важных момента. Во-первых, сдержанную позицию занял официальный Киев. Во-вторых, крайние заявления самого П. Шаройко можно расценивать как признательные. В-третьих, есть основания полагать, что П. Шаройко заговорил только после встречи с украинским дипломатом, убедившись, что его судьбой занимаются на высшем уровне. Всё это свидетельствует о том, что договорённость Порошенко-Лукашенко об обмене остается в силе. И обе стороны хотят как можно скорее этот вопрос закрыть.

Лучший вариант в текущей ситуации, это прекратить нагнетать обстановку и дать возможность дипломатам в рабочем порядке доделать то, о чем руководители двух стран договорились в Абу-Даби. В ином случае А. Лукашенко, будучи человеком настроения (причем в последний год – плохого настроения) может счесть себя свободным от договоренностей с П. Порошенко. А это крайне нежелательно для и без того непростых беларуско-украинских отношений.

Logo_руна