Состояние предприятий ВПК России: общая ситуация

6051

Вы прочитаете этот материал за 8 минут

В предыдущей публикации указывалось, что несмотря на значительные средства, выделяемые в России, согласно Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О федеральном бюджете на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», на финансирование национальной обороны, в т.ч. и на разработку и производство вооружений,  ситуация на многих предприятиях ВПК России далеко не радужная, что обусловлено как ухудшением состояния предприятий оборонки в связи с общей стагнацией экономики России, так и санкциями западных стран, следствием чего стало отсутствие целого ряда высокотехнологичных комплектующих для многих видов вооружения. Кроме того, в последнее время уменьшаются и потребности в этом вооружении самой российской армии, несмотря на неоднократные заявления Президента России Владимира Путина о том, что государственная программа производства оружия сворачиваться не будет. В частности, об этом было заявлено 24.01.2018 на встрече с рабочими Уфимского моторостроительного производственного объединения в ответ на слова одного из работников о том, что в государственном оборонном заказе снижается доля оборонно-промышленного комплекса. В.Путин объяснил эту ситуацию тем, что в предыдущие годы финансирование оборонных предприятий осуществлялось через Министерство обороны и этого «финансирования, как всегда, не хватало», поэтому накопилась задолженность за несколько лет, которую разово погасили в прошлом году, поэтому «цифра в общей структуре расходов на оборону выросла до четырех с лишним процентов ВВП». «А теперь мы просто вернулись к стабильному, ритмичному финансированию, как и предполагалось раньше. То есть, в целом никакого снижения нет, так же, как и не было резкого увеличения в прошлом году», – объяснил ситуацию В.Путин (источник).

Безусловно, это был вопрос, который было позволено задать президенту «устами народа», однако очевидно, что работникам и руководству предприятия хотелось бы спросить и о другом – о том как работать в нынешних условиях. Ведь Публичное акционерное общество «ОДК-Уфимское моторостроительное производственное объединение» (ПАО «УМПО») является в России крупнейшим предприятием по производству двигателей. Здесь трудятся более 20 тыс. рабочих, специалистов и служащих, которые осуществляют разработку, производство, сервисное обслуживание и ремонт турбореактивных авиационных двигателей для истребителей и штурмовиков «Су» (АЛ-41Ф-1С, АЛ-31Ф, АЛ-31ФП), производство и ремонт узлов вертолетов «Ка» и «Ми», а также выпуск и ремонт оборудования для газовой и энергетической отраслей.

В 2011 г. ПАО «УМПО» стало головным предприятием дивизиона «Двигатели для боевой авиации» Объединенной двигателестроительной корпорации (АО «ОДК»), созданной с целью объединения научного и производственного потенциала разработчиков и производителей двигателей для военной авиации. В 2013 г. ПАО «УМПО» стало и головным разработчиком и производителем двигателей для истребителей типа Су-35 и перспективного двигателя для истребителя пятого поколения. Также ПАО «УМПО» участвует в разработке перспективного двигателя ПД-14 для гражданского самолета МС-21 и организации производства вертолетных двигателей типа ВК-2500.

Однако, в августе 2017 г. стало известно, что корпорация «Иркут» сформировала план поставок двигателей для серийного производства гражданского самолета МС-21, и эти двигатели не ПД-14 производства ПАО «УМПО», а PW1400G американской корпорации Pratt&Whitney, которые только впоследствии постепенно должны были заменяться двигателями ПД-14, производство которых должно было наладить АО «ОДК». Причем, двигателями ПД-14 «Иркут» «без дополнительного согласования» с Pratt&Whitney может оснастить только 315 из 630 самолетов МС-21, при этом авиакомпания «Аэрофлот», основной заказчик МС-21, должна получить все самолеты с американскими двигателями, а из 16-ти МС-21, приобретаемых авиакомпанией Red Wings, двигатели ПД-14 могут быть только у четырех самолетов. Но и это не факт, т.к. двигатели ПД-14 могут быть сертифицированы только в 2019 г., а самолеты МС-21 с этими двигателями – не ранее 2022-2023 гг., в то же время проблем с поставками двигателей PW1400G пока нет, т.к. санкции США их не коснулись.

Очевидно, что отсутствие заказов на производство ПД-14, который к тому же еще и не сертифицирован, и стали одной из причин «гласа народа» о снижении доли оборонно-промышленного комплекса в государственном оборонном заказе, т.е. о недозагрузке производственных мощностей, во время пребывания президента России в ПАО «УМПО».

А на совещании в Уфе, состоявшимся также 24.01.2018 руководству ПАО «УМПО» и других предприятий ВПК России В.Путин поставил задачу максимально занять мощности оборонных предприятий, особенно после 2020 г., когда пик поставок в рамках гособоронзаказа будет пройден, выпуском гражданской продукции. В этой связи доля продукции гражданского и двойного назначения, производимой на предприятиях ВПК, к 2025 г. должна составить до 30%, а к 2030 г. – до 50%. (источник)

Таким образом, Президент России фактически подтвердил предположения аналитиков,  что государственная программа производства оружия, стартовавшая в 2007 г. и продленная в 2011 г., в настоящее время по ряду позиций завершена, а по остальным – в стадии завершения, поэтому предприятиям ВПК не стоит ожидать повторения того оборонного заказа, который принимался в «тучные» прошлые годы, он уже не может быть повторен в 2018-2021 гг. даже за счет средств, полученных от «нефте-газовых» доходов, урезания социальных программ и увеличения НДС. Кроме того, мировой рынок оружия постепенно насыщается и уже не в состоянии потреблять продукцию российского ВПК, многие виды которой, не в последнюю очередь – в связи с санкциями западных стран, уже не выдерживают конкуренции на этом рынке и теряют даже своих традиционных заказчиков.

В этой ситуации, в связи с уменьшением объема производимой продукции, многие промышленные предприятия ВПК объявляют об изменениях рабочего графика, возможных сокращениях работников и задержках выплат зарплат.

Например, руководители предприятий Пермского края откладывают выплату зарплат своим работникам «до лучших времён». Так, по данным Пермьстата и Росстата, суммарная задолженность по заработной плате на 01.05.2018 в крае составляла 8,7 млн руб., а на 01.06.2018 – уже 9,8 млн руб. Кроме того, наблюдается тенденция к увеличению количества работников, работающих неполный рабочий день и/или неполную неделю. Их в первом квартале 2018 г. было на 7,5% больше, чем в первом квартале 2017 г. Например, на 32-часовую рабочую неделю переведено почти 30% работников ООО «Лысьвенский завод тяжёлого электрического машиностроения «Привод», в апреле ООО «Кунгурский машзавод» отправил в простои все 409 работников. Отправили в простои часть работников и ПАО «Мотовилихинские заводы», хотя предприятие имеет действующие контракты и продолжает выполнение гособоронзаказа. Общая же численность работников, работающих в режиме неполной занятости, только за период с 5 мая по 13 июня выросла на 37,1% и составила 6061 человек. Кроме того, на указанных предприятиях осуществляется и сокращение работников. Так, на середину июня центрами занятости муниципальных образований Пермского края были получены уведомления от 855 организаций о высвобождении в 2018 г. 8319 работников, из которых 2251, т.е. 27,1% являются «персоналом организаций государственной формы собственности». В числе этих предприятий и предприятия ВПК, например, в июне-июле 2018 г. ФКП «Пермский пороховой завод» планировал сократить 64 работника, АО «Протон-ПМ» – 25, ООО «Лысьвенский завод тяжёлого электрического машиностроения «Привод» – 59 (источник).

Подобная ситуация и на предприятиях Объединенной судостроительной корпорации (ОСК). Так, за 2017 г. предприятиями ОСК по гособоронзаказу было поставлено только четыре корабля против восьми в 2016 г., отремонтирован лишь один корабль против пяти в 2016 г., сервисное и гарантийное обслуживание прошли 698 кораблей, что на сотню меньше, чем в 2016 г., а общий тоннаж построенных в 2017 г. в соответствии с госзаданием кораблей и судов составил только 11 820 тонн, что 19% меньше, чем в 2016 г. Согласно годовому отчету ОСК, в связи с сокращением гособоронзаказа верфи несут огромные (некоторые – миллиардные) убытки, т.к. для исполнения гособоронзаказа потребовалось привлечение заемных средств, для обслуживания которых была израсходована значительная часть прибыли, что повлекло уменьшение величины чистой прибыли, подлежащей распределению. Так, если в 2016 г. она составила 584 млн. руб., то в 2017 г. только 207,2 млн руб. при плане в 437 млн руб. Из региональных структур ОСК только Петербургский (ПАО СЗ «Северная верфь», ПАО «Пролетарский завод», АО «Адмиралтейские верфи», АО «Кронштадтский морской завод», АО «Средне-Невский судостроительный завод», ПАО «Выборгский судостроительный звод», ОАО «Балтийский завод», ООО «Балтийский завод-Судостроение», ПАО «Невское ПКБ», АО «ЦМКБ «Алмаз», АО «ЦКБ МТ «Рубин», АО «СПМБМ «Малахит», АО «Северное ПКБ», АО «ЦКБ «ОСК-Айсберг», АО «ЗЦС») и Архангельский («Севмаш» и «Звездочка») кластер предприятий ОСК завершили 2017 г. с положительными результатами: у Петербургского выручка составила 148 млрд руб. (в 2016 г . – 139,7 млрд рублей), а чистая прибыль – 5,3 млрд руб. (в 2016 г. – 7,5 млрд руб.), у Архангельского выручка – 145,3 млрд руб., чистая прибыль – 10,6 млрд руб. Региональные же верфи закончили 2017 г. с серьезными убытками, например, верфи Хабаровского края – минус 1,8 млрд руб., Калининградской области – минус 302 млн руб., Мурманской – минус 154 млн руб., Астраханской – минус 152 млн руб., Татарстана – минус 106 млн руб., Крыма и Севастополя – минус 16 млн руб. (источник).

Таким образом, и российское судостроение переживает не лучшие времена, что связано опять-таки с сокращением бюджета Министерства обороны России – основного заказчика военного кораблестроения и судоремонта – на модернизацию флота, а также с санкциями Западной Европы и США, что ограничило экспорт и потребовало затрат на замещение зарубежного оборудования российским.

Окончание следует.

Леонид Спаткай, специально для Belarus Security Blog. 

Logo_руна