Восточная граница: причины изменения правового статуса приграничных территорий.

1075

04.09.2014 Александр Лукашенко подписал Указ № 433 «О внесении изменений в Указ Президента Республики Беларусь от 9 марта 2009 г. № 125», которым устанавливается приграничная территория в пределах административно-территориальных единиц, примыкающих к Государственной границе Республики Беларусь с Российской Федерацией. Как сказано в пояснении пресс-службы беларуского лидера «…это позволит создать условия для реализации возложенных на органы пограничной службы задач и функций в пределах этой местности, а также организовать надлежащее взаимодействие с пограничными органами Российской Федерации, направленное на решение задач по выявлению и пресечению транзитной незаконной миграции, наркотрафика и незаконного перемещения через границу товарно-материальных ценностей».

Госпогранкомитет сразу же начал утверждать, что введение приграничной территории не несёт никаких правовых и организационных последствий. Новый указ нужен для того, чтобы усовершенствовать правовые условия работы пограничников на приграничных с Россией территориях. Правда, при этом пограничное ведомство «забыло» сообщить, что беларуских пограничников там (на границе с РФ) сейчас нет. Соответственно, предполагается их появление в будущем.

Отдельно следует остановиться на правовом статусе приграничных территорий. Ст. 1 Закона «О Государственной границе Республики Беларусь» даёт следующее определение пограничной территории: «Участок местности, включающий пограничную зону, пограничную полосу, полосу крепления Государственной границы, пункты пропуска… предназначенный для охраны Государственной границы». В свою очередь, пограничная зона – участок местности, прилегающий к Государственной границе предназначенный для осуществления охраны Государственной границы;  пограничная полоса – участок местности, прилегающий к Государственной границе, предназначенный для установки и поддержания в исправном состоянии сооружений и объектов, необходимых для осуществления охраны Государственной границы; пункт пропуска – территория, другое специально оборудованное место, где осуществляется пограничный и таможенный контроль, а также могут осуществляться санитарно-карантинный, ветеринарный, фитосанитарный, автомобильный и иные виды контроля в отношении пересекающих Государственную границу физических лиц, транспортных средств и перемещаемых через Государственную границу товаров.

Таким образом, речь идёт всё же о начале создания (или о демонстрации намерения создать) полноценной инфраструктуры пограничной охраны на беларуско-российской границе.

Представляется, что при принятии решения беларуское руководство руководствовалось четырьмя мотивами. В-первых, как и было заявлено имеется потребность значительно усилить борьбу с трансграничной преступностью, контрабандой, незаконной миграцией и наркотрафиком. В настоящее время основной поток синтетических наркотиков поступает в Беларусь через Россию. Не говоря уже об афганском героине. Оттуда же Беларусь получает и основную массу нелегальных мигрантов-выходцев из афро-азиатского региона. Прозрачность границы облегчает деятельность преступных группировок одной страны на территории сопредельной (достаточно вспомнить волну краж автомашин премиум-сегмента в Беларуси, которые затем беспрепятственно перегонялись в северокавказский регион России). Во-вторых, установления полноценного контроля на восточной границе требует непредсказуемость политики Кремля, продемонстрировавшего готовность вторгнуться даже в дружественное государство. Невозможно игнорировать опыт украинского Донбасса, первой волной физического вторжения в который стали так называемые «туристы Путина» — граждане России, осуществлявшие под видом и при некотором участии местных жителей захваты органов госуправления. В-третьих, спецслужбы стран СНГ рассматривают в качестве вероятного сценария обострение ситуации в центральноазиатских странах Содружества вследствие дестабилизации Афганистана и активности новых транснациональных террористических группировок типа «Исламского государства». В-четвертых, свой аналог «Исламского государства» Беларусь может получить вскоре и вблизи своих границ. Речь идет о временно оккупированных частях Донецкой и Луганской областей Украины. Эти территории представляют собой «серую зону», часть территории которой контролируется криминалитетом, а часть – идейно мотивированными террористическими группами (например, представители так называемого «красного православного проекта»). Параллели с «Исламским государством» игнорировать невозможно: взятие  заложников для получения выкупа; пытки и публичные казни; изгнание с целью последующего захвата имущества целых групп местного населения исходя из их этнической, религиозной принадлежности или родного языка. Международные организации бездействуют. Запад оказывает Украине ограниченную поддержку, очевидно ожидая, когда Кремль окончательно и бесповоротно увязнет в войне с Киевом. «ЛНР» и «ДНР» с высокой долей вероятности превратятся в будущем в поставщиков наркотиков, оружия, наемников и террористов для региона. И  убежищем для криминалитета всего постсоветского пространства. Также стоит отметить, что в войне на юго-востоке Украины отмечено массовое участие наёмников из других «серых зон» — Абхазии и Южной Осетии. Куда они вместе с боевиками «ДНР»-«ЛНР» направятся в следующий раз – вопрос, который волнует многих.

Таким образом, решение беларуских властей о введении режима приграничной территории вдоль границы с Россией носит вынужденный характер и диктуется комплексом причин. Создание полноценной границы – вопрос из области «когда», а не «если». Это потребует наращивания финансовых и людских ресурсов  Госпогранкомитета. В том числе и с целью усиления охраны границы с Украиной. Однако, в свете разрушения региональной системы безопасности, другой альтернативы не просматривается.   

Logo_руна