Хаос в Украине или хаос в восприятии Украины (часть 2).

1626

Несколько фактов, которые стоит изучить перед сменой внешнеполитического курса Беларуси.

Вводные для Киева. Киев действительно проиграл Крым. Правда пассивность украинского руководства была вызвана несколько другими причинами, чем представлялось Москве. А именно:
— новое украинское руководство понимает, что силовой вариант вызовет «майдан наоборот» сразу в нескольких областях;
— воевать с соседом, имея USD 45 тыс. на счетах бесперспективно;
— проверка Вооруженных Сил показала, что на материковой части боеспособными являются максимум 6 тысяч человек. Про это прямо заявляет Министр обороны в Парламенте. Единственным силовым ведомством, сохранившим 100% боеспособность, является пограничная служба. Но их мало. Очень мало;
— бардак в армии усиливается проблемами в милиции: подразделения (и руководство) по-разному оценивают события на Майдане. И, зачастую при государственном патриотизме, они воспринимают ту же Самооборону как врагов. Пример – симферопольские Внутренние войска, которые после Майдана пережили блокаду со стороны «зелёных человечков», но остались верны Украине и вывели 1100 человек личного состава на материк;
— украинское руководство, в отличие от Кремля за всю 25-летнюю историю даже в теории не прорабатывало концепции защиты восточных областей об «братского народа»;
— кадровый голод: в условиях фактически вооружённого противостояния с РФ непонятно какую позицию может занять тот или иной представитель силовых структур;
— после фактического развала Партии регионов на блоки, каждый из них начинает «свою игру» на подконтрольной территории, стремясь выторговать место недалеко от будущей власти.

При этом в стране начинаются интересные и обнадёживающие процессы. То, что РФ открыто ввязалась в конфликт, вызывает отторжение даже у части потенциальных союзников (смотрим начало статьи – особенности менталитета). Не говоря уже про участников протестов. Это проявляется в следующем:
1.    На материковой части Украины вместо роста протестов начинается «мобилизация нации».
2.    При всём критичном отношении к «новым руководителям» уличные лидеры воздерживаются от «продолжения революции».
3.    Начинается компания общественной поддержки силовых структур. То, что вчерашние противники придут с помощью к милиции – необъяснимо для Кремля, но понятно и естественно для украинцев.
4.    Эта низовая активность моментально сказывается на моральном состоянии силового блока. В первую очередь Вооружённых Сил.

Как видим, новая киевская власть в интересной ситуации. На фоне материальных проблем налицо колоссальные возможности моральной поддержки.

В результате они выбирают тактику, которую можно сформулировать в виде шести основных пунктов:
1.    Обеспечить контроль над территориями, где это только возможно.
2.    На фоне явного руководства протестными акциями гостями из РФ, ни в коем случае не допускать применения чрезмерной силы по отношению к «идейным протестам». Местное население должно прочувствовать «братскую руку».
3.    Устранить кадровый голод – провести чистку в силовых структурах. Причём так, чтобы не деморализовать их окончательно.
4.    Вернуть хоть частичную боеспособность армии.
5.    Разобраться с «туристами» из России на материковой части.
6.    Где-то найти деньги.

Действия Киева.

И тут мы подходим к оценке того, что вызывает шок у стороннего наблюдателя. Да украинцы с лёгкостью создают то, что выглядит полнейшим хаосом. Но внутри этого хаоса есть логика, доступная самим украинцам. Начнём по порядку.

Крымский вопрос. То, что Крым потерян стало ясно достаточно быстро. Но то, как Россия вынуждена была форсировать процесс аннексии, стало позитивом.  Не имея силовых рычагов решения проблемы, Киев сосредоточился на дипломатии. Международной и «сарафанной». В результате:
1.    Основные игроки смотрят на Украину как на жертву агрессии.
2.    Россия столкнулась с неприятным фактом достаточно болезненных санкций и частичной изоляции
3.    События в Крыму, особенно спешка России стала основным фактором мобилизации населения. А заодно сняла с повестки дня так долго разыгрываемый «языковой вопрос». Процесс перекинулся на сферы межрелигиозного диалога и сотрудничества регионов. Представить, чтобы евреи, проходя мимо исламского культурного центра кричали «Аллах Акбар» или что один из лидеров УНСО будет вместе с раввином очищать синагогу от антисемитских надписей было сложно. А год назад – невозможно. Стоит отметить, что данные процессы идут по нарастающей. Фактически украинская нация переформатируется из понятия «основанной на этнической принадлежности» в «основанную на гражданском принципе»
4.    Население Крыма быстро трезвеет в вопросах отношения к братской России. Уже в апреле в Севастополе милиция пыталась разогнать митинг протеста «русских активистов». Если добавить сюда мелкую «пакость» в виде признания татар «коренной нацией», понимаешь, что принадлежность Крыма России с большой долей вероятности может стать временным явлением.
5.    На этом фоне Украина получат доступ к длинным и дешёвым кредитным ресурсам о возможности выделения которых основные кредиторы в 2013 года даже говорить не хотели.
6.    Потеря Крыма сняла проблему основного дотационного региона на несколько лет. Экономия USD 3 млрд в год – немало. Если представить что Крым будет российским 4 года – получаем даже не ссуду а подарок от «братского народа» в размере 12 млрд зелёных бумажек.

На этом фоне новой украинской власти стоило огромных усилий, чтобы не закричать ура и продолжать вести политику беспомощного перед восточным варваром соседа.  И сосредоточится на решении проблем «на материке».

Силовой блок.

Состояние. Как уже говорилось выше, силовой блок украинского государства по состоянию на конец февраля представлял собой плачевное зрелище. Если вообще можно было говорить о его существовании.

Вооружённые силы. На протяжении всех лет независимости воспринимались лишь как место «распила бюджета». На армию смотрели как на дармоедов. Ещё бы, документ под названием «Будапештский меморандум» вселял уверенность. При этом мало кто из дипломатов удосужился почитать, что означает слово «меморандум». В дипломатии это всего лишь декларация взглядов, приводится обоснование позиции и так далее. Этот документ, естественно, обязывает занять определённую позицию. Но не обязывает к конкретным действиям. Пример – непризнание Европой и США оккупации Прибалтики. Мир действительно более 40 лет «не признавал» этого факта. И всё. Никаких действий.

В результате во всей украинской армии боеспособными оставались часть войск в Крыму и пару соединений, принимавших участие в миротворческих операциях. Не более 10-15 тысяч человек.

Милиция и Внутренние войска. Тут ситуация ещё хуже. Полная деморализация после событий на Майдане множилась на недоверие со стороны населения. Причём последнее вызревало годами. И события в Киеве не имели к этому процессу никакого отношения. Пример – Врадиевский бунт. В 2013 году люди небольшого городка брали штурмом УВД ради того, чтобы покарать преступников в погонах.

Относительно боеспособными оставались только пограничники и отряды спецназа СБУ. Правда, последним, после Майдана так же особо доверяли.

Добавим сюда новые «силовые структуры». Это Самооборона Майдана, местные сотни территориальной самообороны и так далее. В сумме таковых по Украине насчитывалось не менее 30 тысяч (по состоянию на конец февраля).

Из этого коктейля власти необходимо было слепить хоть что-то дееспособное. И, если бы не события в Крыму, процесс мог затянуться на годы.

Лирическое отступление – медийный пузырь «Правого сектора».

Отдельно стоит упомянуть притчу во все языцех – «Правый сектор». Эта группа возникла как коалиция нескольких правых организаций. Основу составили «Тризуб», «Патриоты Украины» и одно из крыльев расколовшегося УНА-УНСО. Единственным местом, где ПС проявил себя было начало столкновений на Грушевского. Более того, именно «Правый сектор» инициировал попытку прорыва милицейского кордона. Потом об организации ничего не было слышно. Что естественно. Из 32-х (по состоянию на конец февраля) сотен Самообороны, «Правый сектор» сформировал целую одну. Ещё одна (№11) связана с организацией «партнёрскими договорённостями». Косвенным подтверждением малочисленности «Правого сектора» может служить список «Небесной сотни» — только 1 член ПС. И то не «боевого крыла». Более того, активность группы воспринималось многим как технический проект по отбору части голосов у ВО «Свобода» на выборах.

Другой вопрос, что слова «Правый сектор» использовала в качестве страшилки администрация Януковича. Позже это подхватили российские СМИ. Такой PR позволил «Правому сектору» за март в 3-4 раза увеличить количество членов и начать процесс переформатирования в обычную партию.

В реальности более боеспособными являлись 4 сотни созданные из бывших «афганцев». Под этим термином в Украине понимают участников боевых действий не только в ДРА, но и в горячих точках бывшего СССР а так же участников операций в Косово, Ираке, Африке.

Продолжение следует…

Игорь Тышкевич, Belarus Security Blog.

Другие материалы по теме:

Хаос в Украине или хаос в восприятии Украины (часть 1).

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Оружие сдерживания.

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Территориальная оборона.

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Радиоэлектронная разведка.

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Паспорт.

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Информационная безопасность. 

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси. Милиция.

Агрессия против Украины: выводы для Беларуси.Кремль.

Момент истины.

Logo_руна