«Запад-2021»: особенности учения

1078

Вы прочитаете этот материал за 6 минут

Закончилось совместное (или уже нет?) беларуско-российское учение «Запад-2021». Хотя мероприятие традиционное, в этом году оно имеет ряд существенных отличий от предыдущих лет. Причем, эти отличия настолько принципиальные, что можно говорить с высокой долей уверенности о качественной трансформации «Запада». Прежде всего, в политическом измерении.

Во-первых,  если мероприятия «Запада-2017» в Беларуси проводились по всей территории страны, то в этом году они были локализованы практически полностью на юго-западе страны. Украина традиционно усмотрела в этом элемент российской гибридной агрессии. Но тут скорее можно говорить о демарше именно беларуского режима конкретно против Польши.

Озвученные до мероприятия заявления беларуской стороны о том, что Украина может использовать учение «Запад-2021» для организации провокаций с целью обоснования своих евроатлантических устремлений на практике не реализовались. По неофициальной информации, вопрос проведения «Запада» в спокойной обстановке без эксцессов ставился Владимиром Путиным перед Александром Лукашенко во время встречи в Кремле 9 сентября. Т.е. практически накануне активной фазы мероприятия.

Во-вторых, было заранее объявлено, что Лукашенко и Путин не будут совместно наблюдать активную фазу учений, каждый правитель посетит полигон на своей территории. Ранее учение использовалось как повод для встречи и демонстрации единства Москвы и Минска. А заодно и для решения накопившихся вопросов. Но в 2017 году на приглашение посетить «Запад» в Беларуси из Кремля ничего не ответили, а А. Лукашенко вообще не пригласили. Тогда это было расценено в качестве демарша Кремля из-за позиции беларуского режима по Украине.

Очевидно, что и в этот раз в Кремле решили воздержаться от демонстрации единства со своим формальным союзником на поле брани. Хотя бы и учебной. Причина видится политической: российская сторона не хочет предпринимать шагов, даже символических, которые можно было бы рассматривать в качестве поддержки истерически-воинственных заявлений из Минска. У российской внешней политики свои, отличные от беларуских, цели на западном направлении и инструменты их достижения.

В-третьих, произошло официальное растворение совместного беларуско-российского «Запада» в российском. Минобороны России официально заявило о том, что в «Западе-2021» примут участие порядка 200 тыс. военнослужащих. Из них на территории Беларуси было задействовано менее 13 тыс. А всего от беларуской стороны в учении участвовало менее 11 тыс.  военнослужащих. При таком соотношении «вкладов» сторон называть учение двусторонним можно только из политкорректности.

Москва традиционно параллельно с двусторонним учением проводила собственные маневры, тоже «Запад». Более продолжительные по времени и более масштабные. Беларуская сторона так же традиционно стремилась разграничить оба мероприятия. Получалось это плохо, на Западе оба учения рассматривали в качестве одного. Причем, в которых беларуская армия выступает в качестве интегральной части российской военной машины, а беларуско-российский «Запад» воспринимался в качестве эпизода российского учения. Так что с точки зрения внешних наблюдателей принципиальных изменений нет. Но для беларуско-российских отношений это серьезный демарш Москвы, который имеет целью понизить статус Беларуси в качестве полноправного военного союзника России.

Отсутствие публичной реакции беларуской стороны свидетельствует о понимании целей, которые преследует российская, «присоединяя» совместный «Запад» к своему. Но сделать с этим Минск ничего не может.

В-четвертых, Москва интернационализировала учение, превратив его в многостороннее с участием помимо Беларуси и России еще ряда государств. Первое заявление на этот счет было сделано российской стороной на площадке ШОС, в которой Беларусь имеет статус наблюдателя. И то лишь благодаря позиции Китая. Россия пригласила прочие страны-члены ШОС к участию в «Западе-2021». Мнения беларуской стороны на этот счет не спрашивали.

Таким образом, происходит размывание статуса Минска в качестве эксклюзивного военного союзника Кремля. Теперь Беларусь лишь один из ряда важных российских союзников. При этом уровень важности определяется конкретной ситуацией в регионе и интересами Москвы.

Для Минска это не только болезненный удар по самолюбию, но и утеря важнейшего инструмента воздействия на Кремль. Ранее статус Беларуси как эксклюзивного военного партнера России помогал решать многие вопросы двусторонних отношений, не связанных с милитарной сферой. И очень хорошо монетизировался.

В-пятых, отсутствие единого руководства учениями (представитель каждой из сторон руководил мероприятиями на национальной территории) является следствием односторонних действий России по «поглощению» и интернационализации «Запада-2021». Которые стали неожиданными для беларуской стороны. Очевидно, что и после соответствующих заявлений, стороны не смогли или не захотели пойти на общее руководство учениями. Которое в их новом формате могло быть только российским.

В-шестых, налицо несоответствие заявленного количества техники численности привлеченных войск. Российская сторона утверждает, что всего в «Западе-2021» участвовали до 200 тыс. человек личного состава, около 80 самолетов и вертолетов, до 760 единиц боевой техники, в том числе 290 танков, 240 орудий, реактивных систем залпового огня и минометов, а также до 15 кораблей. Возникает вопрос о методике подсчета численности личного состава, привлеченного к участию в учении. Вполне возможно, что это автоматическое суммирование численности всех соединений, представители которых участвовали в «Западе».

В-седьмых, хотя формально и не имеет отношения к «Западу» — это создание и начало боевого дежурства совместного беларуско-российского учебно-боевого центра (далее по тексту УБЦ) по ПВО на западе Беларуси. При этом ничего не сообщается о начале функционирования двух других совместных центров, которые должны быть созданы на российской территории. Созданный в Беларуси УБЦ входит в Единую региональную систему ПВО и потому по идее должен подчиняться беларускому командованию. Но проблема в том, что до сих пор не обнародовано соглашение между минобороны Беларуси и России о создании УБЦ. А потому и порядок их функционирования неизвестен.

При этом Минск и Москва по-разному воспринимают УБЦ в Беларуси. Для беларуского режима это попытка продемонстрировать лояльность Кремлю в военной сфере с целью решения более важных вопросов двусторонней повестки дня. И надавить на Запад в старом формате «если не хотите разговаривать в Беларуси с Лукашенко, то будете разговаривать в Беларуси с Путиным». Для Кремля это первый шаг на пути трансформации беларуско-российского сотрудничества в оборонной сфере к созданию полноценной совместной военной организации «союзного государства» как задача максимум. Или переподчинение Региональной группировки войск Беларуси и России российскому руководству на постоянной основе с созданием российской военной базы в Беларуси в формате 2015 года (задача минимум). Так что УБЦ имеет потенциал стать точкой конфликта в беларуско-российских отношениях.

 

Logo_руна